Соотношение стратегии и тактики в современном левом движении

Полемика между В.Г. Арслановым и А.В. Бузгалиным на тему:

«Соотношение стратегии и тактики в современном левом движении»

(Теоретический семинар 16 марта 2009 г.)

 

 

В. Г. Арсланов, доктор искусствознания, профессор НИИ при Российской академии художеств

Доклад «Стратегия и тактика как философская и практическая проблема»

  • Во всем мире сегодня готовится большой правый поворот - не как следствие заговора, а в силу объективной логики сложившейся мировой ситуации. В этой ситуации современные левые силы объективно играют, к сожалению, провокационную роль - по глупости или иным причинам они подыгрывают правым, играют в их игру. В этом меня убеждает сложившаяся тактика и стратегия левого движения.

  • Стратегия - дальнодействие, тактика - близкодействие. Г. Лукач определил сталинизм как подчинение стратегических целей - тактическим, что характерно для всякого прагматизма. Например, расправившись с Троцким и троцкизмом самыми простыми и эффективными в крестьянской стране способами (фальсификация, перерастающая в репрессии), Сталин достиг намеченной цели, СССР встал на ноги и победил в мировой войне. Но проиграл, как и всякая ложь, как всякое мировое зло, на «длинной дистанции»: созданная Сталиным партия расправилась с ним (по словам Лукача, Хрущев критиковал Сталина теми же методами, как Сталин - Троцкого), а затем привела СССР к бандитскому капитализму.

  • Важно понять, что преобладание подобной тактики над стратегией - это определенный синтез ложных полюсов: практицизма вместо истинной практики, и романтизма вместо революционной мечты и революционной стратегии. Крайности, как известно, сходятся. Истинная (а не «золотая», мещанская) середина предполагает синтез верных полюсов, а не крайностей.

  • Вопрос о формировании революционной стратегии в соотношении с трезвой тактикой принял в условиях 30-х годов форму литературной дискуссии о романтизме. «Течение» Мих. Лифшица и Г. Лукача опиралось на безусловно отрицательное отношение и Гегеля, и Маркса к романтизму. Романтизм, как реакция на Французскую революцию и Просвещение, в целом реакционен, согласно азбуке марксизма. В форме благородной мечты о духовном и высоком романтизм возрождал на деле идеалы средневековья и культ собственной творческой личности. Еще Гегель доказывал, что за «благородным сознанием» скрывается низость и подлость. Романтика сталинских идеологов скрывала за собой самый низкий и подлый обман народа, романтики в литературе и жизни А. Фадеев и В. Вишневский отправляли своих оппонентов в концлагеря, прибегая к методам самой чудовищной фальсификации и лжи.

  • Дальнодействие идей Сократа или Христа не было романтикой и гегелевским «благородным сознанием» - согласно Гегелю, оба являлись революционерами, а не романтиками. Раннее христианство - противоположность романтизма потому, что в ложной идеалистической форме в нем скрывалось много истинного (идея равенства всех народов), и за это истинное первые христиане отдавали свои жизни. Романизм - это благородная идеологическая форма, за которой скрывается реакционное содержание (в романтизме XIX в. - презрение к народу как быдлу и культ стоящей над толпой одинокой и непонятой субъективности).

  • «Вехи», как и все реакционные идеологические явления ХХ века, включая фашизм, довели до логического конца то реакционное начало, которое формировалось в романтизме. По форме презрение «веховцев» к хаму и обывателю было благородным, по сути оно являлось страхом перед революционным восстанием масс, презрением к народу вообще. Анти-обывательская риторика левогегельянцев именно по этой причине была подвергнута уничтожающей критике Марксом. В своем анализе «Парижских тайн» Э. Сю Маркс раскрыл низость «благородного сознания» борцов с обывателями, и показал, что многие обыватели и даже преступники из низов гораздо выше представителей романтического «благородного сознания». Почему?

  • Обыкновенные люди ведут борьбу за выживание, рожают и выращивают детей своим честным и тяжелым трудом, производя реальные материальные ценности. Тогда как представители «благородного сознания» и борцы с хамством нередко производят ложные духовные ценности, живут явным или тщательно замаскированным обманом народа. Важно понять, что даже «тупость» низов - протест, причем, более серьезный и глубокий, чем все филиппики «благородного сознания». Еще более важно понять, что тупость и глупость низов, как и всякий протест, принявший ложную форму, укрепляет власть угнетателей. Воровство тоже род социального протеста, но богатый и жулик - две стороны одной медали, доказывал Ленин.

  • Революционная стратегия заключается в том, чтобы придать глубокому и справедливому протесту низов против угнетения верную форму, избавив от всех видов ложного протеста. Напротив, цель социальной реакции во все времена - превратить справедливое возмущение в ложный протест, от культа обывательской тупости, черносотенства - до рафинированного иррационализма «философии жизни», ницшеанства, экзистенциализма и авангардизма в искусстве. Суть авангардизма («левизны») в революционном движении: романтизм «благородного сознания», требование, чтобы все были героями и приносили жертвы, - это на одной стороне медали, а на другой - низость «шкурного» интереса, что стало очевидным в господствующей идеологии и практике сталинской эпохи. В одном произведении А. Платонова сельский активист, загонявший всех палкой в колхозы и скорбевший о несовершенстве человеческого рода, съел последнего оставшегося в деревне петуха. Марк Захаров, создатель романтического фильма «Барон Мюнхаузен», уже открыто, не стесняясь, поддерживает бандитов (не в переносном, а в прямом смысле) за что получает награду с их стола.

  • Массовый протест образованных людей Запада против грабительского и развращающего народы глобализма - это новое и многообещающее, революционное в своей потенции, движение. Стратегия правых заключается в том, чтобы придать этому протесту ложную форму - хулиганского бунта молодых бездельников и извращенцев. Тактика правых при этом разнообразна, но сводится к старым методам провокаций и фальсификаций. Усилиями масс-медиа создается ложный образ этого движения: на всех экранах мира как через увеличительное стекло демонстрируются акты вандализма и хулиганства, но тщательно скрываются истинные лозунги и содержание этого движения, направленные на сохранение основ нормальной человеческой жизни, народной культуры, таких ценностей как любовь, товарищество, семья (молодые родители выходят на демонстрации с маленькими детьми, которых везут на колясках). Я собственными глазами видел на демонстрации альтерглобалистов в Афинах, как 50-60 молодых людей в черных масках стали громить витрины, поджигать автомобили, а затем, когда демонстранты, взявшись за руки, не пустили их в свои ряды, стали кидать камнями в демонстрантов-альтерглобалистов, тяжело ранив в голову несколько человек. Все это совершалось на глазах большого количества полицейских, которые, пустив газы на демонстрантов, спокойно смотрели на убегавших хулиганов. Перед демонстрацией, на Социальном форуме я говорил о той роли, которую играют эти провокации, о том, что нельзя допускать их. Ведущие Социального форума, при всем их плюрализме, не давали мне слова, проявив при этом железную твердость и волю. После демонстрации Б. Кагарлицкий признал, что мои опасения имели основания, многое действительно, по его словам, напоминало провокацию. А вывод?

  • Никаких выводов руководство альтерглобалистского движения не делает. На последней демонстрации альтерглобалистов в Мальмо в первых рядах шли проститутки с лозунгом: «Sex-work is Right! Now!» Какой подарок для правых! Ничего даже фальсифицировать не надо, сами альтерглобалисты провозглашают, что они - гомики, проститутки, хулиганы, наркоманы и извращенцы всякого рода. Остается только бросить обывателю лозунг - бей этих гадов, которые хотят развратить твоих детей! И западная масс-культура, заметьте, защищает семью, нравственность, порядок (таковы голливудские фильмы, в которых хорошие парни действуют против плохих) - на словах, конечно! Ибо Маркс доказывал, начиная с «Коммунистического манифеста» - это вы, консерваторы и реакционеры, разрушаете основы человеческого общежития, вы извращаете и любовь, и товарищество, и семью, вы разрушаете культуру в ее классических образцах, а революция - «сила хранительная», писал Герцен в «Письмах к старому товарищу», присоединяясь к Интернационалу Маркса.

  • Между тем, есть и хорошо известна революционная тактика, которая препятствует провокациям правых. Ленин доказывал, что марксисты должны выступать в поддержку не только пролетариев, но всех несправедливого обиженных - от религиозных сектантов до профессоров университетов и студентов. Но отсюда не следует, что марксисты должны поддерживать религиозные идеи, профессорскую идеалистическую философию и так далее. После Октябрьской революции законодательно было отменено судебное преследование гомосексуалистов, если они сами не нарушают закон. Но не было разрешено пропагандировать гомесексуализм! П. Сорокин демагогически доказывал в те годы, что советская власть разрушает семью и нравственность, ссылаясь на упрощение бракоразводного процесса. Его тактика была подхвачена фашистами в Германии, которым удалось напугать немецкого обывателя, отождествив коммунистов с гомосексуалистами, «еврейским капиталом» и т.д. Однако в России черносотенцы не получили подарка от коммунистов, им не удалось в глазах народа представить революционеров хулиганами и извращенцами, хотя попытки предпринимались в этом отношении немалые. Не удалось потому, что Ленин четко отделил гражданский вопрос, гражданские права всех граждан, в том числе сектантов, гомосексуалистов, поклонников самых разных философских идей и верований - от идейного вопроса, в котором компромисса с ложными идеями не допускалось.

  • Почему в альтерглобалистском движении эта демократическая стратегия и тактика не соблюдается? Одна из причин - господство постмодернистского плюрализма над революционной демократией. Плюралистическое многообразие оказывается на деле нетерпимым к истинным лозунгам этого движения: жизнь - не товар, любовь - не товар, искусство - не товар. Почему бы не принять такого простого и такого демократического решения: несите любые лозунги, защищайте любые идеи, которые не противоречат главным идеям альтерглобализма! Разве возможны на этих демонстрациях такие, например, лозунги, как «глобализм по американски - это спасение цивилизации» или «да здравствует империалистическая война и насилие богатых над бедными!». Но почему же допустима проповедь хулиганства, проституции, гомосексуализма и лесбиянства? Проституткам надо объяснить: когда ваши гражданские права нарушаются, мы будем вас защищать, как всех несправедливо обиженных, но лозунг нашего движения: любовь - не товар! И мы будем приветствовать, если на наших демонстрациях проститутки будут, как Соня Мармеладова, Катюша Маслова и Кабирия, протестовать против превращения любви в товар. Но мы не разрешаем нести лозунги, извращающие суть нашего движения.

  • Я ставлю вопросы: 1.допустимо ли хулиганство в протестном демократическом движении? 2. Допустимы ли лозунги на демонстрациях, открыто или завуалировано противоречащие сути альтерглобалистского движения? 3. Подлинная свобода и многообразие вырастает из постмодернистского плюрализма или из диалектического единства?

  • Если мы, представители «Альтернатив» - не дискуссионный клуб, а реальное движение, то в этом случае: а) вырабатывается общая позиция по решающим, главным стратегическим вопросам и соответствующая ей тактика; б) мы отстаиваем эту нашу общую позицию в наших практических действиях, строго следя за тем, чтобы наша общая выработанная позиция не извращалась и не подменялась на прямо противоположную.

  • Эти элементарные демократические принципы не соблюдаются ни в движении «Альтернатив», ни в современном левом движении вообще. При всем своем плюрализме оно совершенно не прозрачно: массовые участники движения не знают его руководства, не могут его контролировать, источники финансирования не ясны, общая стратегия и тактика не вырабатывается, все топится в бесконечных разговорах на Социальных форумах, превращающихся в пустую говорильню, в постмодернистское «пространство говорения». А. Бузгалин, яростный противник постмодернизма в теории, удивительно терпим к нему на практике.

  • Общий вывод: романтические и благородные устремления левых, во всяком случае, их лидеров и координаторов, на практике оказываются вольной или невольной помощью правым, облегчающим для последних их главную стратегическую задачу - превратить массовый демократический протест в хулиганство и иррациональный бунт, который, как известно, служит усилению репрессивных по отношению к народу режимов.

(Далее см. заключительное слово В.Г. Арсланова)

 

А.В. Бузгалин, доктор экономических наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова

Романтик - тот, кто предлагает идеал будущего. Он может предложить утопии и теоретически обоснованные стратегические цели. Эти утопии и цели могут быть реальными и прогрессивными в той мере, в какой мы выдвигаем в основном соответствующие критериям прогресса стратегические цели - мы романтики-теоретики, ставящие цели прогресса. В той мере, в какой мы практически содействуем реализации, мы - прогрессоры. Есть угроза того, что стратегически правильные цели приведут к поражениям и преступлениям в тактике. Чем точнее, ближе к ценностям прогресса романтические цели, тем адекватнее им средства, тем более организован и адекватен в своих действиях этим целям социально-политический субъект, тем меньше эта угроза.

Обывателя, конформиста, живущего частным интересом, в том числе из среды интеллигенции, романтик может возвышать до социального творца; консерватор, реакционер трансформировать в хана, активно противодействующего прогрессу.

Теоретики левого движения, в том числе альтерглобалисты, как раз нашли ответ на вызовы коренных социально-политических интересов крестьян (МСТ в Латинской Америке), наемных работников (движение безработных), интеллигентов (образование и т.п. движения); движения за права человека, экологические организации. Именно поэтому они оказались мотором многомиллионных движений. И именно поэтому, что эти реальные движения, массовые движения, возвышающиеся себя до социального творчества, они не могли не поднять «пену».

Именно поэтому они открыты и основаны на низовой демократии, они не запрещают, хотя и критикуют (возможно, недостаточно жестко) эту «пену».

В целом, так и не понять в чем слабость идей и романтических (стратегических) целей, идущих от Маркса, Грамши к Лукачу, Лифшицу, современным теоретикам. Среди классических теоретиков идут большие споры, но мы еще не имеем столь значительных результатов, как Маркс, Лукач, Грамши, но вопрос не огульном отрицании всех левых теоретиков, а в поиске истинности, изобретательности.

Конечноже, остается открытым вопрос об угрозе вырождения социального творчества в волюнтаризм, но это вопрос уже другой дискуссии.

 

А.А. Галкин, профессор, д.и.н, Институт социологии РАН

Основная проблема, которую мы были намерены обсудить - соотношение практической политики и целевых установок. Это в полной мере в докладе не прозвучало. Очень важно уяснить, что практическая политика является оправданной лишь в том случае, если она в большей или меньшей мере обеспечивает движение к целевой установке. Это очень важно иметь в виду левым, особенно в нынешней крайне сложной обстановке.

 

Б.Ф. Славин, доктор философских наук, профессор, Горбачев фонд

Обыватель - это человек, который отвернулся от гражданских проблем. Частности можно допустить, но не делать их доминирующими.

 

Л.А. Булавка, доктор философских наук, ведущий научный сотрудник Российского института культурологи

Проблема ложного и истинного образа будущего упирается не только в содержание декларируемых идеологем, но и в проблему насколько превратным является сознание того, кто воспринимает эти идеи. Это первое. Второе. Диалектика перехода «веры» в убеждение, на мой взгляд, может осуществляться через веру в общественную практику. Третье. Без осуществления практики невозможен прорыв из настоящих форм отчуждения, но не всякая практика хороша для этого. Здесь возникает проблема различения в ней прогрессивных и реакционных тенденций.

Четвертое. В любом случае эти реальные массовые движения обязывают левых теоретиков критично включаться в эти движения с целью снятия господствующих форм отчуждения.

 

А.А. Пригарин, к.э.н., заслуженный экономист СССР, Ассоциация марксистских организаций

Главный вектор альтерглобалистского движения - антибуржуазный. Не существует массовых движений, где нет «пены». Главный вопрос о компромиссах, я как лидер партии считаю, - это к какому отношению мы должны быть к КПРФ? По идеологии это правая партия, по политике - левая. Тактически мы с ними союзники. Это пример компромисса, но он весит на волоске.

Национальная Ассамблея - это союз с либералами. В экономике есть левые либералы. Политический либерализм - основа коммунистического движения вперед. Практика Национальной Ассамблеи - борьба против наступающего авторитаризма, попытка договориться по социальным проблемам.

 

Ф.Н. Клоцвог, профессор, д.э.н., Институт народнохозяйственного прогнозирования

Методология разговора: почему мы говорим об абстракциях? Такая дискуссия неконструктивна, дискуссии должны быть предметными.

 

С.С. Дзарасов, профессор, д..э.н., Институт экономики РАН

Левые и правые по-разному относятся к существующему в обществе неравенству имущественному, социальному, национальному и всякому другому. Правые выступают за сохранение статус-кво. Левые хотят изменить жизнь к лучшему, а потому выступают за человеческий прогресс.

 

Дискутанты

Г.Ш. Аитова, аспирант Института философии РАН

Вопрос соотношения стратегии и тактики чаще всего находит свое разрешение в степени убежденности политических деятелей в своих взглядах. Тактика во многом связана с повседневным принятием решений, но ее оправданность должна определяться сколько не целесообразностью преходящих действий, а в ее постоянной соотнесенностью с ведущей политической стратегий. Как правило, этот момент и представляется самым сложным, поскольку грань между истинностью и заблуждением в оценке определенной ситуации зыбкая. И в связи с этим, делая конкретный выбор, политик, субъект общественных отношений каждый раз должен соизмерять ценность данного решения на данный момент с его ценностью для будущего. На мой взгляд, здесь как раз и раскрывается и мера моральности политического действия и приверженность субъекта последнего собственным убеждениям.

Если говорить о стратегии действий современных левых организаций, то я считаю, что тот союз с либералами, который проходит в рамках Национальной Ассамблеи, возможно целесообразен на конкретный исторический период. Однако, политическая практика способна не только соответствовать формуле «цель оправдывает средства», но и бесповоротно изменить заветной цели. В связи с этим остается открытым вопрос меры или окончательного политического выбора в совместных действиях с либералами.

 

Заключительное слово В. Г. Арсланова.

Сначала - о методе полемики моих оппонентов, их логика такова: вы сказали, что все левые сегодня подыгрывают правым, но вы тоже левый, значит, вы тоже подыгрываете правым, то есть «все критяне лгут, сказал критянин». Однако Ленин, кажется, в 1901-м году написал: «людей - нет, и людей - масса». Можно ли с ним полемизировать таким образом: «Вы сказали, В. И., что людей сегодня нет, следовательно, и Вы не человек тоже!». Я сказал, что все левые ныне вольно или невольно играют в игру правых, но обращаюсь при этом к левым, полагая, что мы можем стать настоящими левыми, ибо вслед за Лениным могу повторить: левых в подлинном смысле сегодня людей нет, и левых людей - масса, их то и водят, к сожалению, за нос правые при попустительстве и преступном недомыслии левых координаторов и лидеров (которых массы в лицо не знают, и голоса которых за кулисами движения, их массы не слышат)

Второе. А. А. Пригарин сказал, что движение «Альтернативы» - это интеллектуальный центр левых в России. Нынешняя дискуссия меня убеждает, что этот центр мысли ничего знать не хочет. Никто сегодня не заинтересовался дискуссией о романтизме в 30-е годы, и я уверен, никто из присутствующих не обратиться к серьезному ее изучению. Между тем, та точка зрения, которая мне сегодня противопоставлялась, полностью совпадает с позицией сталинских романтиков, создателей шедевров «социалистического (на словах!) реализма»: В. Ермилов, М. Храпченко, А. Фадеев, Вс. Вишневский доказывали в полемике с Лифшицем и Лукачем: романтика бывает разная, есть романтики революционные, хорошие, а есть романтики реакционные, плохие. А вот что им на это ответили Лукач и Лифшиц - это сегодня никому из присутствующих не интересно. Но есть факт - обратной стороной сталинской «романтики» был ГУЛАГ и метод самой откровенной и злобной фальсификации оппонентов. ГУЛАГ исчез, слава богу, но фальсификация процветает в современной интеллектуальной жизни.

Третье. Т. Краус в недавнем номере «Альтернатив» пишет, что результатом бунта 1968 года был правый поворот во всем мире, рейгономика и тэтчеризм. Сегодня левые делают все для того, чтобы превратить массовый демократический протест в громкую хлопушку, холостой, но пугающий обывателя выстрел, который позволит правым снова загнать человечество в старый хлев. Зачем у нас во время протеста против убийства С. Маркелова били витрины и поджигали, как говорят средства массовой информации, автомобили? Подумайте, пожалуйста.

Четвертое. Вы сказали, что всегда массовый протест связан с хулиганством. Хорошо, а что вы скажете хирургу, который по халатности отрезал у вас не то, что надо - и на ваше возмущение ответил так: в хирургии ошибки неизбежны! Вы скажете - формально хирург прав, а по сути его довод - это издевательство и безобразие! Почему вы с таким элегическим спокойствием относитесь к тому, что у нас на глазах губят массовое демократическое движение? Если правый поворот все же произойдет при нашем общем попустительстве, то кто мы тогда не деле? Образованные обыватели.

Протестующие на деле рабочие не так относились к своему движению, они были нетерпимы по отношению ко всякому проявлению хулиганства в своих рядах. Первое, что сделали рабочие в Париже 1871 года и в Иванове 1905 года - они железной пролетарской рукой навели порядок, сделали невозможным разбои, воровство и хулиганство.

Что мы можем и должны сделать сегодня? Прежде всего, помочь массам, даже обывателям, увидеть истинное лицо тех участников миллионной демонстрации во Флоренции, которые не помяли в городе ни одной клумбы и не бросили на улицах города ни одной бутылки. На наших глазах, вы помните, напуганный вначале обыватель, который закрыл на засовы все лавочки и магазины, увидев истинное лицо демонстрации, стал выносить из своих лавочек ящиками прохладительные (не алкогольные!) напитки, и началось настоящее братание на улицах Флоренции. Вот чего больше всего бояться правые.

А мы чего боимся? Бога мы не боимся, господа-товарищи, как написал когда-то Мих. Лифшиц. Нашего, марксистского бога мы не боимся. Но тогда ждите прихода черта, как предупреждал Мих. Лифшиц интеллигентов-авангардиствов накануне перестройки - российской модели готовящегося ныне правого всемирного поворота.

Dixi.

 

Обзор подготовила Гульнара Аитова.