Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Последние комментарии

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

К вопросу о чистках в ВКП(б) в 1930-х годах и репрессиях партийных кадров в 1937-1938 годах

К вопросу о чистках в ВКП(б) в 1930-х годах и репрессиях партийных кадров в 1937-1938 годах

 

 

Кто действительно хочет служить делу освобождения человечества, тот должен иметь мужество глядеть в глаза правде, как бы горька она не была.

Л. Д. Троцкий «Преданная революция» Предисловие к испанскому изданию 1937 г.

 

 

На исторические события не сетуют, — напротив, стараются понять их причины, а вместе с тем и их результаты, которые далеко ещё не исчерпаны.

Ф. Энгельс, Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. т. 21. С. 210

 

 

Одной из излюбленных мифологем буржуазной пропаганды является тема чисток и репрессий в ВКП(б) в 1930-е годы. Массовые репрессии в СССР в 1937-1938 годах рассматриваются ею, как символ преступлений правящего руководства страны против своего народа.

КПСС на XX съезде дала оценку имевшихся в 1930-1940-е годы злоупотреблений властью, ошибок и преступлений, совершённых в 1937-1938 гг., приведших к гибели огромного количества невинных советских людей, партийных, советских, хозяйственных и военных кадров. В последующие годы советская юстиция реабилитировала подавляющую их часть, а многие из них были восстановлены в партии.

Тем не менее, прежде всего в силу критического отношения многих коммунистов и обществоведов к решениям XX и XXII съездов КПСС, они ставят под сомнение, вплоть до неприятия, в том числе и те, которые относятся к осуждению «культа личности» Сталина и реабилитации большого числа обвинённых руководящих кадров в преступлениях против Советской власти. Вот какую оценку чисток в ВКП(б) в 30-е годы даёт Марио Соуса (Mario Sousa):

«…буржуазия и их лакеи превратили 1937 год в «сталинский невероятный год» с миллионными обвинениями, миллионами депортированных, миллионами казнённых», как любит утверждать шведский писатель Пер Ингланд (Per Englund). Какой интерес стоит позади этого? Мы понимаем, что в таком массовом движении критики и самокритики, вовлекающем миллионы людей, отдельные неправильные действия были сделаны, и пострадали невинные люди. Подобные вещи случались и ранее при чистках. Несправедливости, которым подвергались обыкновенные рабочие более других, Запад не интересует. Как объяснить интерес к исключениям из партии в 1937 году? Почему именно 1937 год взят, как худший из того, что произошло в Советском Союзе? Объяснение даёт рассмотрение с классовых позиций. Громадная разница между чистками 1937 года и другими партийными чистками та, что последние были связаны с исключением, главным образом, рядовых членов партии. Они составляли 80% от всех исключённых. 1937 год имел другой характер. Примерно 80% исключённых составляли разложившиеся лица из верхов партии и военных офицеров. Это были люди, приобретшие привилегии и финансовые выгоды, готовые даже сотрудничать с фашистской Германией, чтобы сохранить их. Это были люди, которые не возражали против подавления (зажима критики) рядовых членов партии и с готовностью исключали тех, кто не принимал их проступков. В 1937 году партийные функционеры и офицеры с уклоном к Западу и буржуазным мышлением были изгнаны. Они потеряли свои властные позиции, были изгнаны из партии и преданы суду. Мы можем понять ненависть буржуазии из-за Советского 1937 года» (1)

 

Такая защита советской истории некорректна ввиду нежелания считаться с бесспорными фактами. На мой взгляд, вредной является и попытка замалчивания этого вопроса из-за боязни горького привкуса правды. Ибо такая «страусиная» позиция даёт в руки антикоммунистов козыри для развенчивания социализма, соединяя по геббельсовскому методу ложь с правдой.

Предлагаемая работа является итогом поиска ответа на вопрос, что явилось основной причиной небывалых в истории большевистской партии репрессий против значительной части её актива, включая и большую часть членов ЦК ВКП(б).

Репрессии против партийных кадров в 1937-1938 гг. являлись, как утверждалось на февральско-мартовском (1937 г.) и июньском (1937 г.) пленумах ЦК ВКП(б), продолжением очищения партии от засорявших её чуждых элементов. Факты свидетельствуют, что это не так.

Чистки партии, проведённые в 1933 и 1935 годах, действительно имели задачу укрепления партийных рядов, удаляя из неё примазавшихся бюрократов, карьеристов, морально разложившихся, пассивных членов, а также лиц, сторонников разбитых оппозиционных платформ. Достаточно сказать, что среди исключённых из партии в ходе чистки 1933 года почти четверть составляли пассивные члены партии, а число арестованных за оппозиционную деятельность было крайне невелико. Как признал в отчётном докладе на XVIII съезде ВКП(б) Сталин, в ходе чисток 1933-1936 гг. не обошлось «без серьёзных ошибок», «ошибок оказалось больше, чем можно было предположить» (2) Но в итоге, утверждал Сталин, эта чистка партийных рядов «дала положительные результаты» (3).

Репрессии 1937-1938 гг., обосновывавшиеся существованием заговора засевших в партии на всех уровнях от первичек до ЦК многочисленных «врагов народа», обернулись огромными потерями преданных Советскому государству и партии партийных, хозяйственных, советских, военных руководителей.

В докладе Комиссии ЦК КПСС Президиуму ЦК КПСС по установлению причин массовых репрессий против членов партии и кандидатов в члены ЦК ВКП(б), избранных на XVII съезде партии, сделанном в 1956 году, читаем:

 

«В Президиум ЦК КПСС

В соответствии с Вашим поручением докладываем.

Нами изучены имеющиеся в Комитете госбезопасности архивные документы, из которых видно, что 1935-1940 годы в нашей стране являются годами массовых арестов советских граждан.

Всего за эти годы было арестовано по обвинению в антисоветской деятельности 1 980 635 человек, из них расстреляно 688 503. Особый размах репрессий имел место в 1937-1938 гг., что видно из следующей таблицы.

 

Годы 1935 1936 1937 1938 1939 1940

 

Арестовано 114 456 88 873 918 671 629 695 41 627 127 313

 

Из них расстреляно 1 229 1 118 353 074 328 618 2 601 1 863

 

Таким образом, за два года – 1937-1938 гг. было арестовано 1 548 366 человек и из них расстреляно 681 692.

Волна массовых репрессий 1937-1938 гг. широко захватила руководящих работников партийных, советских органов, хозяйственных организаций, а также командный состав в армии и органах НКВД.

В большинстве республик, краёв и областей в эти годы было арестовано почти всё руководство партийных и советских органов, а также значительное количество руководителей городских и районных организаций. В ряде крайкомов, обкомов и райкомов партии за это время были подвергнуты арестам 2-3 состава руководящих работников. Более того, из 138 членов и кандидатов в члены ЦК ВКП(б), избранных на 17-м съезде, было арестовано и расстреляно в эти годы 98 человек.

Поражает тот факт, что для всех преданных суду членов и кандидатов в члены ЦК ВКП(б) была избрана одна мера наказания – расстрел, что ни одного из них не оставили в живых. Из 1 966 делегатов съезда с решающим и совещательным голосом арестовано по обвинению в контрреволюционных преступлениях 1 103 человека. Из них расстреляно 848. Приведённые данные свидетельствуют о том, что органы НКВД, названные Сталиным вооружённым отрядом партии, по существу были направлены против партии.

В полувековой истории нашей партии были страницы тяжёлых испытаний, но не было более тяжёлой и горькой страницы, чем массовые репрессии 1937-1938 гг., которые нельзя ничем оправдать». (4)

 

Исходя из имеющихся исторических материалов можно заключить, что у большей части членов Политбюро ЦК ВКП(б) во главе со Сталиным, идея о существовании в партии и стране широкоразветвлённого заговора сложилась после завершения 1-го Московского процесса в августе 1936 года. На нём, как указывалось в приговоре, вынесенном высшими судебными органами СССР во главе с государственным обвинителем А. Вышинским, была установлена виновность подсудимых (троцкистов, зиновьевцев и других оппозиционеров) в тягчайших преступлениях: подготовке убийства руководителей партии и государства во главе со Сталиным, умерщвление выдающихся лиц Советского Союза, включая Кирова, организации саботажа в промышленности, диверсий и вредительства, замыслов с целью установления капиталистических порядков в СССР при поддержке враждебных империалистических государств, прежде всего, фашистской Германии и милитаристской Японии, изменнической деятельности в пользу этих государств. В обвинительном заключении главная роль в формировании преступного блока и осуществлении преступной деятельности этих лиц отводилась Л. Троцкому.

Как известно, на пленуме ЦК ВКП(б) 10.02.1934 года в состав Политбюро ЦК были избраны Андреев А. А., Ворошилов К. Е., Каганович Л. М., Калинин М. И., Киров С. М., Косиор С. В., Куйбышев В. В., Молотов В. М., Орджоникидзе Г. К., Сталин И. В.

В 1934-1938 гг. Политбюро потеряло Кирова (убит 01.12.1934 г.), Орджоникидзе (самоубийство 18.02.1937 г.), Куйбышева (умер 25.01.1935 г.), Косиора С. В. (арестован 03.05.1938 г., расстрелян 26.02.1939 г.) Все остальные, а также Микоян А. И., введённый в состав Политбюро ЦК на пленуме ЦК 01.02.1935 г. и Жданов А. А., избранный секретарём ЦК на пленуме 10.02.1934 г., вошли в состав Политбюро ЦК ВКП(б) на пленуме ЦК 22.03.1939 г. после завершения XVIII съезда ВКП(б). Таким образом, в период 1937-1938 гг., когда происходила основная репрессивная кампания против партийных кадров, именно эти лица в руководстве партии и страны действовали согласованно и несут во главе со Сталиным основную ответственность за её результаты.

Для формирования идеи грандиозного заговора имелись ряд предпосылок объективного и субъективного характера: нарастание угрозы войны, большое число аварий на производстве при освоении новой техники, активизация усилий сторонников Троцкого по созданию 4-го Интернационала, личные свойства Сталина, воплотившиеся в середине 1930-х годов в «культ личности» и т.п. Считаю излишним в настоящей работе анализировать эти предпосылки.

Итак, в сентябре 1936 года членам Политбюро была разослана шифротелеграмма И. Сталина и А. Жданова:

«ЦК ВКП(б) тт. Кагановичу, Молотову и другим членам Политбюро ЦК.

Считаем абсолютно необходимым и срочным делом назначение т. Ежова на пост наркомвнудела. Ягода явным образом оказался не на высоте своей задачи в деле разоблачения троцкистско-зиновьевского блока. ОГПУ опоздал в этом деле на 4 года. Об этом говорят все партработники и большинство областных представителей НКВД. Замом Ежова в наркомвнуделе можно оставить Агранова… Что касается КПК, то Ежова можно оставить по совместительству председателем КПК с тем, чтобы он девять десятых своего времени отдавал наркомвнуделу, а первым заместителем Ежова по КПК можно было бы выдвинуть Яковлева Якова Аркадьевича… Ежов согласен с нашими предложениями… Само собой понятно, что Ежов остаётся секретарём ЦК». (5)

Гровер Ферр, пытаясь аргументировать свою позицию в отношении этой телеграммы, только запутывает дело. «Дж. Гетти показал, что фраза опоздал… «на 4 года» означает время, которое следует отсчитывать не с даты появления «платформы Рютина», а от создания в 1932 году блока троцкистов и правых, о чём стало известно не ранее середины 1936 года». (6)

Но, позвольте, Сталин и Жданов говорят о троцкистско-зиновьевском блоке, а Дж. Гетти – о блоке троцкистов и правых. Как это понять?

Обратим здесь внимание, что Ежов пришёл к руководству НКВД, будучи одним из партийных «вождей». В органах госбезопасности он вообще не работал, а, следовательно, не имел соответствующих профессиональных знаний. Чем же привлёк членов Политбюро Ежов? Тем, что с конца 1934 года по инициативе Сталина взял под свой контроль ведение следствия по делу об убийстве Кирова и так называемому Кремлёвскому делу. Сфальсифицировав эти дела, следствие связало обвиняемых по этим делам с бывшими руководителями оппозиции Зиновьевым, Каменевым, Троцким. Так было положено начало фабрике последующих фальсификаций.

В 1990 году объединённая комиссия работников Комитета партийного контроля, КГБ и прокуратуры СССР по надзору за исполнением законов о государственной безопасности под руководством 1-го заместителя Генерального Прокурора СССР В. И. Илюхина провела изучение вопроса об обстоятельствах убийства Кирова. Вот её заключение:

«Всесторонний и глубокий анализ всех документов и материалов даёт основание к выводу – террористический акт в отношении С. М. Кирова 1 декабря 1934 года был подготовлен и осуществлён одним Николаевым. Руководствуясь устными указаниями Сталина о том, что убийство Кирова совершили зиновьевцы, сотрудники органов НКВД искусственно связали Николаева с бывшими участниками зиновьевской оппозиции Котолыновым, Румянцевым, Толмазовым и другими, сфальсифицировали первоначально уголовные дела, т.н. «ленинградского» и «московского» центров, «ленинградской контрреволюционной группы Сафарова, Залуцкого и других», а впоследствии – «правотроцкистского блока», «объединённого» и «параллельного» центров и других. По этим делам необоснованно были репрессирована большая группа ни в чём неповинных граждан, многие из которых подвергнуты расстрелу. Большинство из них реабилитированы». (7)

26 сентября 1936 года Ежов был официально назначен народным комиссаром внутренних дел СССР. Сменив Ягоду на этом посту, Ежов энергично взялся за порученное дело, очищение партии от «врагов народа», навёрстывая упущенное время. Прошло несколько месяцев подготовки материалов о неблагополучии с бдительностью в партийных рядах в условиях капиталистического окружения.

На февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) 1937 года идея о разветвлённом заговоре получила вполне зримые очертания. Подводя итог прений по докладу Ежова, Сталин заявил:

«Из докладов и прений по ним, заслушанных на пленуме, видно, что мы имеем здесь дело со следующими тремя основными фактами.

Во-первых, вредительская и диверсионно-шпионская работа агентов иностранных государств, в числе которых довольно активную роль играли троцкисты, задела в той или иной степени все или почти все наши организации, как хозяйственные, так и административные и партийные.

Во-вторых, агенты иностранных государств, в том числе троцкисты, проникли не только в низовые организации, но и на некоторые ответственные посты.

В-третьих, некоторые наши руководящие товарищи, как в центре, так и на местах, не только не сумели разглядеть настоящее лицо этих вредителей, диверсантов, шпионов, убийц, но оказались до того наивными, что нередко сами содействовали продвижению агентов иностранных государств на те или иные ответственные посты». (8)

Как директива для исполнения явилось указание Сталина: «Надо добиться того, чтобы их, троцкистских вредителей, не было вовсе в наших рядах» (9)

Сталин потребовал, чтобы руководители областных, краевых и республиканских организаций подготовили несколько смен для замены руководителей ЦК. В докладе Комиссии ЦК КПСС Президиуму ЦК КПСС 1956 г. вполне резонно делается предположение о действительной причине этого требования.

«Возникает вопрос, почему появилась в 1937 году у Сталина необходимость подготовить несколько смен для замены руководителей ЦК? Видимо, уже тогда им вынашивалась мысль о замене состава ЦК, избранного на XVII съезде. И эта «замена» состава ЦК была, действительно, осуществлена, но не путём нормальной партийной демократии, а путём огульного, массового, в основном, как теперь очевидно, совершенно необоснованного репрессирования 70% состава ЦК, избранного на XVII съезде, в том числе, нескольких членов и кандидатов Политбюро ЦК».

Идеологической основой для подготовлявшихся массовых репрессий против руководящих партийных работников явилась борьба с троцкизмом. Газета «Правда» 06.03.1937 г. в передовой статье «Под знаком самокритики и связи с массами» заявляла:

«Троцкизм – это находка для международного фашизма, это удобная маска для формирования всяких антисоветских, шпионских и террористических групп. Троцкизм уже давно перестал быть политическим течением в рабочем классе, троцкисты превратились в банду убийц, банду фашистских наёмников. Ничтожное количество этой банды не должно успокаивать нас – бдительность надо удесятерять!»

И этот зловещий замысел готовился тогда, когда страна, завершая строительство социализма, уверенно прокладывала путь к светлому будущему!

Задуманная в недрах Политбюро под руководством Сталина беспощадная акция по искоренению «врагов народа» требовала большого числа надёжных исполнителей. 2 марта 1937 г. в докладе на Пленуме ЦК ВКП(б) Ежов обрушился с резкой критикой на своих подчинённых в органах НКВД. Пленум, одобрив доклад Ежова, поручил ему навести порядок в органах госбезопасности. И Ежов с присущим ему рвением обрушил репрессии на прежний руководящий аппарат НКВД, выдвигая на руководящие посты лично преданных ему людей. (М. П. Фриновского, И. Я. Дагина и др.)

Механизм осуществления репрессий таким образом был подготовлен. Осталось ждать предлога для его запуска. Им стало «раскрытие» так называемого военно-фашистского заговора во главе с 1-м заместителем наркома обороны СССР, маршалом М. Н. Тухачевским. Сообщение об аресте по обвинению в измене маршала Тухачевского и генералов В. Путны, И. Якира, И. Уборевича, Б. Фельдмана, А. Корка, В. Примакова и Р. Эйдемана, потрясшее всю страну, было помещено в газете «Правда» 11 июня 1937 года.

На следствии, где к обвиняемым применялись «меры физического воздействия» (пытки), они признали себя виновными. Специальным судебным присутствием Верховного суда СССР под председательством В. Ульриха все обвиняемые 11.06.1937 года были приговорены к смертной казни и уже на следующий день расстреляны.

В 1956 году Главная военная прокуратура и КГБ при Совете Министров СССР вернулись к рассмотрению уголовного дела Тухачевского и других осуждённых вместе с ним генералов и установили, что обвинения против них были с самого начала сфальсифицированы. Военная коллегия Верховного суда СССР по заключению Генерального прокурора СССР от 31.01.1957 года отменила приговор Специального присутствия Верховного суда СССР от 11.06.1937 г. в отношении указанных лиц и «дело производством прекратила за отсутствием в их действиях состава преступления».

Все они были полностью реабилитированы. Решением Комитета Партийного Контроля при ЦК КПСС 27.02.1957 года реабилитированные военные деятели были восстановлены в рядах КПСС.

Комиссия Политбюро ЦК КПСС по дополнительному изучению материалов, связанных с репрессиями, имевшими место в период 1930-1940-х и начала 1950-х годов, работавшая в 1980-е годы, подтвердила обоснованность решений о реабилитации Тухачевского и других военных деятелей ввиду отсутствия каких-либо фактов о заговоре.

Я столь подробно остановился на «деле» Тухачевского и других генералов, так как именно оно послужило сигналом для взрывной волны арестов руководящих партийных и военных деятелей, включая членов и кандидатов в члены ЦК ВКП(б).

Состоявшийся 23-29 июня 1937 г. Пленум ЦК ВКП(б) всего через несколько дней после триумфального перелёта экипажа советских лётчиков во главе с В. П. Чкаловым по маршруту Москва-Северный полюс-Ванкувер (США) сделал решающий шаг в развёртывании кампании массовых репрессий. Хотя в официальном сообщении о работе Пленума, помещённом в «Правде» 30 июня 1937 года значилось, что он утвердил положение о выборах в Верховный Совет СССР и рассмотрел вопросы, связанные с совершенствованием с/х производства, основным пунктом повестки стало «сообщение т. Ежова».

Пленум посвятил этому вопросу первые 4 дня.

Ежов в своём сообщении 23 июня 1937 года представил перед собравшимися членами ЦК жуткую картину заговора, раскрытую под его руководством органами НКВД. Вот выдержка из тезисов сообщения Ежова:

«4. Примерно в 1933 году, когда окончательно определилось поражение правых, троцкистов и других, по инициативе различных групп был создан объединённый центр центров (некоторые называют контактный центр), который объединил правых, троцкистов, зиновьевцев, военных заговорщиков из НКВД, эсеров, меньшевиков и других…

6. Главной задачей объединённый центр центров антисоветских фашистских формирований ставил – свержение Советской власти и восстановление капитализма в СССР. Для этого он разработал различные планы свержения советского правительства, из которых важнейшими были:

а) так называемый «дворцовый переворот»;

б) вооружённое восстание и поддержка его иностранными интервентами;

в) подготовка поражения на случай войны с фашистскими странами и на основе политических и территориальных уступок им – приход к власти». (10)

Ежов заявил, что предотвратить угрозу, нависшую над Советской страной, могут только органы госбезопасности под руководством Сталина. И Пленум ЦК предоставил чрезвычайные полномочия органам НКВД, руководимым Ежовым, для ликвидации заговора.

Уже на самом пленуме был запущен маховик репрессий. В первый день работы пленума были исключены из состава ЦК 26 человек. А всего в ходе его работы исключению подверглись 31 человек. С этого момента вал репрессий уже не встречает препятствий. И он уже захватывает не только партийные, советские, военные кадры.

2 июля 1937 года за подписью Сталина Политбюро направляет Ежову решение «Об антисоветских элементах». В нём было предложено «взять на учёт возвратившихся на родину кулаков и уголовников с тем, чтобы наиболее враждебные из них были немедленно арестованы и были расстреляны в порядке административного проведения их дел через тройки». Также было предложено в пятидневный срок представить в ЦК состав троек, а также количество подлежащих расстрелу, равно как и количество подлежащих высылке.

Кампания репрессий против партийных и военных кадров таким образом была закамуфлирована массовыми арестами и высылками людей по национальному (немцы, корейцы), социальному (кулаки, уголовники) признакам.

По подсчётам историка В. Н. Земскова в 1937-1938 гг. было расстреляно почти 682 тысячи советских людей. Из них 247 тысяч – в операциях по национальному признаку, 390 тысяч – в антикулацких операциях по приказу НКВД № 00447, ещё 45 тысяч — причисленных к троцкистско-зиновьевской оппозиции. (11)

В попытке объяснить причину случившихся трагических событий 1937-1938 гг. Комиссия ЦК КПСС 1956 года констатирует:

«Как могло получиться, что враги партии, пробравшиеся к руководству НКВД, смогли использовать эти органы против партии, против руководящих партийных кадров? Это могло произойти, как показывают многочисленные факты и документы, прежде всего потому, что ЦК партии, как коллективный орган, был фактически устранён от влияния на органы НКВД. Позорные дела, творившиеся в стенах органов НКВД, проводились якобы с санкции и даже в интересах партии. На самом деле это делалось в угоду одному человеку, а иногда и по его прямым указаниям (см., например, шифрограмму от 10.01.1939 г.)» (4)

С таким мнением трудно согласиться. ЦК ВКП(б) был не устранён, а сам устранился, не проявив мужества перед лицом опасности фактического разгрома руководящего органа партии. Набравшая во второй половине 1937 года кампания массовых репрессий партийных кадров продолжалась и почти весь 1938 год. В частности в ходе трёх пленумов – июньского и октябрьского (1937 г.), а затем январского (1938 г.) из ЦК ВКП(б) было исключено более половины его членов. И это происходило, несмотря на принятые в январе 1938 года постановление ЦК ВКП(б) «Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии, о формально-бюрократическом отношении к апелляциям исключённых из ВКП(б) и о мерах по устранению этих недостатков».

В постановлении, в частности, говорилось:

«…многие наши парторганизации и их руководители до сих пор не сумели разглядеть и разоблачить искусно замаскированного врага, старающегося криками о бдительности замаскировать свою враждебность и сохраниться в рядах партии – это, во-первых, и во-вторых, стремящегося путём проведения мер репрессий перебить наши большевистские кадры, посеять неуверенность и излишнюю подозрительность в наших рядах (12)

Фактически признанием преступности практики репрессий партийных кадров 1937-1938 гг. явилось Постановление Совета народных комиссаров СССР и ЦК ВКП(б) «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия», подписанное В. М. Молотовым и И. В. Сталиным 17 ноября 1938 года. В нём было заявлено:

«…массовые операции по разгрому и выкорчёвыванию враждебных элементов, проведённые органами НКВД в 1937-1938 годах при упрощённом ведении следствия и суда, не могли не привести к ряду крупнейших недостатков и извращений в работе органов НКВД и Прокуратуры. Больше того, враги народа и шпионы иностранных разведок, пробравшиеся в органы НКВД, как в центре, так и на местах, продолжая вести свою подрывную работу, старались всячески запутать следствие и агентурные дела, сознательно извращали советские законы, производили массовые и необоснованные аресты, в то же время спасая от разгрома своих сообщников, в особенности засевших в органах НКВД» (13)

Добившись своей цели – ликвидации мифического заговора «врагов народа», Политбюро во главе со Сталиным нашли удобный способ переложить ответственность за содеянное. В конце 1938 года Ежов был освобождён от должности наркома внутренних дел, а в апреле 1939 года он и его ближайшие коллеги были арестованы. «Заговоромания» была настолько в ходу у членов Политбюро, что Ежов и его коллеги были обвинены в заговоре с целью свержения Советской власти и убийства руководителей партии и правительства. Они же признавались единственными виновниками массовых репрессий.

В 1940 году Ежов был расстрелян с формулировкой «за необоснованные репрессии против советских людей».

Вся кампания массовых репрессий 1937-1938 гг. получила название «ежовщины». Нет никаких оснований приписывать особую роль Л. П. Берия в прекращении массовых репрессий партийных кадров, так как 1-м заместителем наркома Внутренних дел СССР он стал 22.08.1938 года.

Только после выхода Постановления Совета Народных Комиссаров СССР и ЦК ВКП(б) от 17 ноября 1938 года массовое избиение партийных, советских и военных кадров прекратилось, хотя немало партийцев подверглось необоснованным репрессиям и в 1939-1940 гг.

Неубедительно поэтому выглядит в Отчётном докладе Сталина на XVIII съезде попытка представить массовые репрессии против партийных кадров, как очищение от троцкистско-бухаринской кучки «шпионов, убийц и вредителей» (14)

Приведённые здесь данные позволяют приблизиться к решению вопроса, какова была цель массовых репрессий партийных кадров и кому это было выгодно.

Согласно официальной точке зрения, имевшей хождение в КПСС на протяжении многих лет, целью этих акций было уничтожение «пятой колонны» и укрепление морально-политического единства советского общества в условиях нарастания военной угрозы. При этом — такая всеобъемлющая акция не могла обойтись без потерь и ошибок. Неоправданно большое число жертв репрессий при этом объяснялось преступной деятельностью руководства НКВД во главе с Ежовым. Эту позицию в основном разделяет О. В. Хлевнюк:

«Как показывают многие факты, кадровые чистки и «большой террор» 1936-1938 гг. имели в основном единую логику. Это была попытка Сталина ликвидировать потенциальную «пятую колонну», укрепить государственный аппарат и личную власть, насильственно «консолидировать» общество в связи с нарастанием реальной военной опасности (эскалация войны в Испании, активизация Японии, возрастание военной мощи Германии и её союзников).

Все массовые операции планировались как настоящие военные действия против врага, хотя ещё не выступившего открыто, но готового сделать это в любой момент». (15)

Как видим, отличие этой позиции свелось к меньшей степени одобрения практики массовых репрессий.

Не выдерживает критики и оправдание репрессий партийных и военных кадров, основываясь на решения региональных конференций и пленумов в тех конкретных условиях. Какого решения можно было ждать, когда собранию сообщалось, что это лицо — шпион, член антисоветского террористического центра, троцкист, вредитель, изменник Родины и т.п.?

Марио Соуса уверяет в обоснованности осуждения секретаря Западного (Смоленского) обкома ВКП(б) Ивана Петровича Румянцева, большевика с 1905 года, члена ЦК партии с 1924 года. (1) Региональная конференция с участием Л. Кагановича, осудившая Румянцева, прежде всего, за связь с только недавно расстрелянным генералом Уборевичем, состоялась 19-21 июня 1937 года, за несколько дней до пленума ЦК ВКП(б). По-видимому, Политбюро ЦК ВКП(б) нужно было опереться на мнение этой партийной организации. Ведь сам Румянцев был арестован 17.06.1937 г. ещё до начала работы пленума, что было грубым нарушением норм партийной жизни.

Хрущёв в своём докладе на XX съезде КПСС вполне резонно отвергает версию о большом числе «врагов народа» среди руководящих партийных кадров:

«…80% состава участников XVII съезда с правом решающего голоса вступили в партию в годы революционного подполья и гражданской войны, т.е. до 1920 г. включительно, 60% делегатов с решающим голосом были рабочие. Поэтому совершенно неприемлемо было, чтобы съезд такого состава избрал ЦК, в котором большинство оказались бы врагами партии. Только в результате того, что честные коммунисты были оклеветаны, и обвинения к ним были сфальсифицированы, что были допущены чудовищные нарушения революционной законности, 70% членов и кандидатов ЦК, избранных XVII съездом, были объявлены врагами партии и народа». (16)

Юрий Емельянов в статье в «Правде» 14-17 февраля 2014 г. «Мир не знал таких темпов» в связи с 80-летием XVII съезда ВКП(б) сделал ещё одну попытку оправдать массовые репрессии партийных кадров. Вот что он пишет:

«…было очевидно, что большинство делегатов не имели ни высшего, ни законченного идейно-политического образования. Также ясно, что подавляющее большинство этих людей к 1934 году занимали видные посты в различных звеньях советского и партийного аппарата в течение полутора десятков лет, несмотря на своё растущее несоответствие задачам современного развития страны. Они не намеревались покидать эти посты, хотя к этому времени выросло новое поколение коммунистов, имевших более высокое образование, опыт работы на современном производстве и основательную идейно-теоретическую подготовку…

Активные действия Сталина и его сторонников, направленные на обновление кадрового состава партии, повышение образовательной и теоретической подготовки коммунистов и осуществление конституционной реформы, наталкивались после XVII съезда на сопротивление тех, кто цеплялись за старые методы руководства и не желали расставаться с высоким положением. Поэтому планы социалистического строительства, разработанные съездом на новую пятилетку, пришлось осуществлять в условиях острых политических кризисов и потрясений середины 30-х годов».

Близка к вышеизложенной концепция Ю.Жукова, изложенная в его книге «Иной Сталин». По его взгляду, массовые чистки и репрессии явились вынужденным результатом противостояния И.Сталина и его сторонников из состава Политбюро ЦК ВКП(б) с перестраховщиками- партийными бюрократами, засевшими повсеместно в стране и не желавших подвинуться с насиженных мест.

Как видим, версия заговора отброшена, заменена версией сопротивления партийной бюрократии реформам Сталина. Но если эти люди не были заговорщиками с целью реставрации капитализма в СССР, агентами иностранных разведок, шпионами и убийцами, как можно было применить к ним высшую меру наказания? А ведь число арестованных и расстрелянных в 1937-1938 годах партийцев составило 45000 человек.

Можно было бы привести ещё ряд нестыковок версий Ю.Емельянова и Ю.Жукова. Но достаточно указать на погром аппарата Коминтерна, чтобы не согласиться с ними.

Серьёзный вклад в объяснение характера массовых чисток партийных, хозяйственных и военных кадров внёс В.Роговин в его книгах «1937» и «Партия расстрелянных». Он рассматривает эту беспощадную акцию в свете победы в партии сторонников линии Сталина над левой оппозицией (троцкистами), предлагавших иные методы строительства социализма в стране. При этом Роговин решающую роль в размахе чисток отводит позиции сформировавшейся партийной бюрократии, которая оказалась неспособной противодействовать Сталину, даже из чувства самосохранения.

 

 

 

Весьма серьёзные доводы для объяснения огромных масштабов репрессий выдвинул А. Буллок:

«Любая организация, выполняющая столь обширную операцию, развивает свою внутреннюю энергию, которую трудно контролировать. Контроль становится совсем невозможным, если, как в случае с НКВД, операция засекречена, проводится часто на большом удалении от центра, и предоставляет массу возможностей для злоупотреблений властью и удовлетворения преступных и психопатических наклонностей…

И всё-таки, даже если согласиться, что вина за ту жестокость, с которой НКВД выполнял свои задачи, лежит на высших чинах госбезопасности и администрации лагерей и что они просто вышли из-под контроля, то разве не Сталин несёт ответственность за политический курс и за решение провести его в жизнь? Прежде всего он несёт ответственность за размах и масштаб террора и чисток» (17)

Можно согласиться с подчинённой ролью руководящего аппарата НКВД в проведении массовых репрессий партийных кадров. Конечно, в отдельных случаях, руководящие работники НКВД проявляли непомерное усердие в разоблачении «врагов партии и народа».

Но остаётся фактом, что наиболее жестокому истреблению в период 1937-1939 гг. подвергся именно верхний эшелон чекистов.

Расправа с Ежовым, Фриновским, Ягодой, Аграновым, Балицким и другими была без сомнения вызвана желанием членов Политбюро дезавуировать многие злоупотребления и массовые репрессии.

Не вызывает сомнений, что тысячи чекистов, участвовавших в репрессиях, честно выполняли свой профессиональный долг по защите первой страны социализма – СССР. А многие из них поплатились своим положением и жизнью за нежелание следовать курсу повального преследования «врагов народа» при отсутствии весомых оснований. Характерным в этом отношении является свидетельство бежавшего в Японию начальника УНКВД Дальневосточного края Люшкова.

 

Близкую позицию к А. Буллоку занимают Хаустов В., и Самуэльсон Л.

«Глубоко ошибочным является утверждение, что инициатором террора в стране являлись органы государственной безопасности. Сложилось тесное единство в действиях партийных и карательных органов. В механизме репрессий партийные органы являлись организаторами массовых арестов. Центральным штабом являлось Политбюро ЦК ВКП(б), на заседании которого принимались решения о направлениях и масштабах действий органов государственной безопасности, осуществлялись все кадровые перестановки» (18)

Как уже было сказано ранее, основную ответственность за развязывание массовых репрессий партийных кадров в 1937-1938 гг. несут члены Политбюро ЦК ВКП(б), избранные XVII съездом партии. И, несомненно, особая роль в этом деле принадлежит Сталину.

При всех выдающихся способностях Сталина здесь роковую роль сыграл замеченный ещё Лениным в его «Письме к съезду» недостаток, нетерпимый «в должности генсека», его чрезмерная грубость.

 

Сталин согласно имеющимся многочисленным свидетельствам лично руководил деятельностью НКВД (Ежов был фактически его заместителем). Не считаться с этим просто немыслимо.

Массовыми репрессиями партии большевиков был нанесён тяжёлый удар. И всё-таки, партия перенесла это испытание. Она выстояла прежде всего потому, что рабочий класс страны Советов по-прежнему был верен партии и делегировал в её состав лучших своих сынов и дочерей, доверяя им руководство строительством социализма.

Подавляющее большинство коммунистов, как и прежде, верило руководству партии и её вождю Сталину. Даже сталкиваясь с фактами беззакония и вопиющего произвола, советские люди и коммунисты относили это на счёт неизбежных ошибок при проведении партийной линии. Партия осталась той крепостью, которую было не одолеть классовому врагу внутри страны и за её границами.

 

02.08.2014 к.т.н. Владимир Чеченцев

 

 

 

1. The purges of the CPSU in the 1930 s. Сделаны извлечения и отредактировано из The class struggle during the thirties in the Soviet Union by Mario Sousa.                                                      

Presented to the Stalin society by Ella Rule, March 2005 – Northstar Compass supplement, p 18. Перевод цитаты сделан автором статьи.

2. Сталин И. В. Отчётный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП(б) 10 марта 1939 г. См. Сталин И. В. Вопросы ленинизма. Изд. 11-е Государственное издательство политической литературы 1952 г. С. 633

3.  Там же, с. 633

4. Доклад Комиссии ЦК КПСС Президиуму ЦК КПСС по установлению причин массовых репрессий против членов и кандидатов в члены ЦК ВКП(б), избранных на XVII съезде партии.   9.02.1956 Альманах. Россия XX века. Дк. № 7

5. Сталин И. В., Жданов А. А. Шифрограмма членам Политбюро ЦК ВКП(б) от 25.09.1936  в кн. Жуков Ю.Н. Мой Сталин – М. Вагриус, 2008 – с. 269-270

6. Гровер Ферр Антисталинская подлость часть 30 из 293

7. РГАСПИ. Справка по поводу записки А. Н. Яковлева «Некоторые соображения по итогам изучения обстоятельств убийства С. М. Кирова. Ф. 660, оп. 36

8. Сталин И. В. Доклад на пленуме ЦК ВКП(б) 03.03.1937 г. «Правда», 29.03.1937 г.

9. Там же

10. Ежов. Конспект доклада на июньском 1937 г. Пленуме ЦК ВКП(б) 23.06.1937 г.

Петров Н., Янсен М. «Сталинский питомец» — Николай Ежов. М. 2008, с. 293-

312 –  также istmat. Info > node 24570  http://wiki.istmat.info

11. Земсков В. Н. Политические репрессии в СССР (1917-1990) Россия XXI, 1994, № 1-2

12. В кн. Косолапов Р. И. Слово товарищу Сталину – М.: Эксмо: Алгоритм, 2009, с. 172

13. Там же, с. 179

14. Сталин И. В. Отчётный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП(б) 10 марта 1939 г. См. Сталин И. В. Вопросы ленинизма. Изд. 11-е Государственное издательство политической литературы 1952 г. С. 630  

15. Хлевнюк О. В. «Большой террор» 1937-1938 гг. как проблема научной историографии. Историческая наука и образование на рубеже веков. М., 2004, с. 433

16. Хрущёв Н. С. О культе личности и его последствиях. Доклад XX Съезду КПСС. «Известия ЦК КПСС» 1989 г.  № 3. С. 137

17. Буллок А. Гитлер и Сталин. Жизнь и власть: сравнительное жизнеописание: в 2 т. Т. 2 пер. с англ. Общ. ред. И. Н. Неманова, – Смоленск: Русич, 1994 c. 111

 18. Хаустов В., Самуэльсон Л. Сталин, НКВД и репрессии 1936-1938 гг. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН); 2010. с.328   19. Об ошибках парторганизации. Постановление Пленума ЦК ВКП(б) январь 1938 г.

Пленум с маленькой буквы

 

Голосование: 
Vote up!
Vote down!

Points: 0

You voted ‘up’

Комментарии

Рекомендую тем, кто интересуется историей СССР, в том числе, сталинскими репрессиями 

и взглядами и ролью Троцкого, познакомиться с этими статьями.

Они в целом, на мой взгляд, объективны и содержательны.

Правда, меня как-то удивило окончание первой статьи (о репрессиях).

Вполне справедливо обосновав вывод, что центральную роль

в организации и проведении репрессий играл Сталин,

 автор завершает статью так:

«Массовыми репрессиями партии большевиков был нанесён тяжёлый удар. И всё-таки, партия перенесла это испытание.

Она выстояла прежде всего потому, что рабочий класс страны Советов по-прежнему

был верен партии и делегировал в её состав лучших своих сынов и дочерей,

доверяя им руководство строительством социализма.

Подавляющее большинство коммунистов, как и прежде, верило руководству партии и её вождю Сталину.

Даже сталкиваясь с фактами беззакония и вопиющего произвола, советские люди и коммунисты относили это на счёт неизбежных ошибок при проведении партийной линии. Партия осталась той крепостью, которую было не одолеть классовому врагу внутри страны и за её границами.»

 

На мой взгляд, утверждать, что «рабочий класс страны Советов  делегировал

в её /партии/ состав лучших своих сынов и дочерей, доверяя им руководство строительством социализма»  большая агитационная передержка.

Рабочий класс «посылал» (если посылал) не только «лучших сынов»в партию, а тех, кто

хотел вступить …Среди них были и честные люди, и карьеристы, почуявшие возможность

получить должность при массовых отстрелах бывшего руководства.

И никакого руководства «строительством социализма» рабочий класс своим «посланцам»

не доверял, так как  он не выступал и не мог выступать как нечто единое…

азные были люди, разные взгляды…

 

Нельзя утверждать и того, что в годы репрессий  «Партия осталась той крепостью,

которую было не одолеть классовому врагу внутри страны и за её границами».

В годы репрессий прежняя партия практически перестала существовать, 

а новая в массе молча потворствовала репрессиям, стало быть, перестала быть партией честных

и преданных  коммунизму людей. В ней стало много больше трусов и приспособленцев.

 

Так что для панегирика рабочему классу и партии в  годы репрессий  не видно оснований.

И все же нахожу статьи Чеченцева интересными и полезными своей фактологией.

ДЭ