Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

Чернобыль: принятый вызов

Русский
Разделы: 

Сергей ЧЕРНЯХОВСКИЙ

Четверть века назад, в Чернобыле мы столкнулись с вызовом силы, которую сами создали. Там все было рукотворным: атомная энергетика, сама Чернобыльская станция, ошибки операторов, известная первоначальная бестолковость реакции на катастрофу, подвиг ликвидаторов и победа над вырвавшейся силой.

Чернобыль предупредил об опасности – и породил массу мифов и фобий. Чернобыль подвел черту под беспечностью раннего идеализма атомной энергетики – и сам нуждается в собственном преодолении. Чернобыль показал, что случится, если творение человека вырвется из под его контроля – и он же показал, что случится, если на пути вырвавшихся сил встанет тот же человек.

В конечном счете мы до сих пор не знаем, что именно там произошло. Разбираться в версиях, не имея специального образования и работы с такими устройствами, бессмысленно и нелепо.

Есть две основные версии: неудачная конструкция реактора и нарушения эксплуатационного регламента.

Правда, такую же конструкцию имели еще более десятка реакторов, но на них обошлось без аварий. И сам четвертый энергоблок Чернобыльской АЭС до аварии проработал два с половиной года. То есть, если в самой конструкции в последующем и обнаружили недостатки, они не вели фатально к катастрофе.

Регламент же работы действительно был, судя по всему, нарушен.

И все же, что именно произошло, мы так и не знаем. Мы даже не знаем, что именно взорвалось, не установлена до конца природа взрыва: был ли это паровой взрыв, разрушивший реактор и приведший к выбросу ядерного топлива, или своеобразный ядерный микровзрыв среды, вынесенной в операционный зал.

Более того, мы с поной уверенностью не знаем, сгорело ли в этой аварии все ядерное топливо, как следует из одних заключений, или 95 % его так и осталось в саркофаге, как следует из других.

Мы до конца не знаем, что именно мы победили и каковы могли быть последствия, если бы в битве с аварией страна потерпела поражение. По одной из вполне обоснованных гипотез, если бы реактор прожег бетонную подошву, он ушел бы в подземные озера Припяти и не только отравил бы весь водный массив, но и мгновенно привел бы к колоссальному паровому взрыву, который мог погубить едва ли не половину Европы.

И не произошло это только потому, что донбасские шахтеры-добровольцы пробились под подошву реактора и сумели ее укрепить.

Сейчас одни сравнивают катастрофу в Чернобыле с катастрофой на Фукусиме. Другие говорят, что если события в Чернобыле скрывались, то в Японии они полностью открыты для общественности и СМИ. Только вот даже США явно раздражены тем, что не могут получить от своего союзника необходимую информацию о происходящем на станции.

Мы не знаем, сможет ли сегодняшняя Россия в случае аварии, подобной чернобыльской, подавить вырвавшиеся силы так, как это сделал СССР и его система четверть века назад. 600 тысяч человек пошли тогда спасать окрестные города, природу и миллионы людей, а возможно, и пол-Европы. Система сумела ответить на свою технологическую ошибку мобилизацией, концентрацией средств и массовым героизмом. Открытый тогда «счет 904» собрал за полгода 520 миллионов еще не обесцененных рублей – по нынешнему курсу более 100 миллиардов рублей или примерно 3,5 миллиарда долларов.

Катастрофы, подобные чернобыльской и фукусимской, порождают шок и отчаяние, и призывы отказаться от атомной энергии, как таковой. Как и любой пожар может привести к отчаянию и требованию запретить использование открытого огня.

Хотя, на самом деле, атомные станции на порядок безопаснее тепловых. Как ни парадоксально, они практически не загрязняют окружающую среду. По крайней мере, до тех пор, пока не взрываются. А вот тепловые загрязняют ее постоянно.

Как показывают исследования, зоны вокруг атомоградов экологически безопаснее и чище, чем те местности, в которых их нет, потому что находятся под постоянным контролем в условиях повышенных мер безопасности. И здоровье людей там лучше – просто потому, что действует жесткая система профилактических наблюдений и мер, вскрывающих опасность заболевания на ранних стадиях. По крайней мере, так было в советское время.

Но важнее всего философский и мировоззренческий вывод из чернобыльской аварии. Конечно, это была трагедия. Но это был и шаг в движении по пути познания, которое бессмысленно останавливать. Ведь остановка может привести к еще более страшным трагедиям.

Чернобыль показал, что может случиться, если не держать созданных человеком драконов под жестким контролем. Как сказал на одном из заседаний Политбюро ЦК КПСС, посвященных катастрофе, премьер-министр СССР Николай Рыжков: «…Разболтанность. Если бы не произошла она здесь и сейчас, произошла бы в другом месте. На заре АЭС все было поставлено строго и добротно. Постепенно атомная энергетика вышла за границы Славского (Минсредмаша), но «не вышла» вместе с ней дисциплина».

Но Чернобыль показал и то, что даже эти вырвавшиеся на волю драконы все равно смиряются, когда человек не впадает в панику, а набирается смелости взять их за горло.

Чернобыль также показал, что человек в силах принимать вызовы и достойно на них отвечать. Если только он остается человеком, а не бандерлогом «общества потребления».

vote_story: 
Vote up!
Vote down!

Points: 0

You voted ‘up’