Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Последние комментарии

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

Сражение за новый идеал

Разделы: 

Сражение за новый идеал

Максим Лебский. 2014 год.


В центре внимания выдающегося советского философа Эвальда Васильевича Ильенкова стояла проблема определения сущности и границ идеального. Что такое идеальное и какова его природа? Таковыми были ключевые вопросы творчества Э.В. Ильенкова. Господствующей в советской философии была тенденция трактовки понятия идеального как сугубо индивидуально-психологического явления. Идеальное – это мысли и абстракции, которые возникли в ходе процесса отражения сознанием окружающей его действительности, и соответственно, они являются следствием работы высокоорганизованной материи, т.е. мозга.

Э.В. Ильенков продолжил в исследовании идеального линию Спинозы-Гегеля-Маркса–Ленина. Не случайно эпиграфом к своей статье «Проблема идеального» Эвальд Васильевич выбрал слова В.И.Ленина: «Мысль о превращении идеального в реальное глубока: очень важна для истории. Но и в личной жизни человека видно, что тут много правды. Против вульгарного материализма»1.

Ф.Энгельс как-то в беседе с Г.В. Плехановым обмолвился, что «марксизм – это разновидность спинозизма». В дальнейшем, эта мысль не получила развития среди теоретиков Второго Интернационала. В качестве философской базы марксизма скрытно начал использоваться позитивизм с его догматическим преклонением перед «объективными фактами» и полным отрицанием научности диалектики. Разрыв философско-политической целостности марксистского метода лишал его своей действенности, закономерно обусловив катастрофу немецкой социал-демократии в 1914 г.

Положить отвергнутый камень во главу угла предстояло Э.В. Ильенкову. Спиноза был тем великим монистом, который преодолел дуализм Декарта, и всю свою философию пронзил тезисом тотальности субстанции, которая включает в себя все существующее. Революционность теоретических штудий Спинозы состояла в том, что он через религиозную терминологию выразил материалистическое содержание – мышление не есть акциденция материи, а есть его необходимый атрибут. Спиноза развил понятие материи до уровня субстанции, сняв голое противоречие между материей и духом. Дух – это инобытие материи, и поэтому они составляют неразрывное единство. В трактовке Э.В.Ильенкова выходит, что сознание не есть пассивное отражение материи, а составляет с ней системное единство, в котором отражается социально-историческая практика человеческого общества. Эвальд Васильевич справедливо указывал на то, что мыслит не человеческий мозг, взятый в абстракции, а общественный человек, сформировавшийся в человеческом коллективе и усвоивший его культурные традиции. Между мозгом и природой, находится важнейшее социальное звено, без которого невозможно представить наличие разума в человеке. Поэтому, человек в потенции, т.е. сугубо биологическое существо, становится личностью именно как субъект социально-исторической практики. «Оно (мышление) есть особая функция человека как субъекта общественно-трудовой деятельности, совершающейся в формах, созданных предшествующим развитием»2.

Гегель в своем гениальном труде «Феноменология духа», изучая явление развития сознания на пути рефлексии, пришел к выводу, что для низшей стадии чувственного восприятия характерна раздвоенность процесса познания на субъект и объект. Разум в исследовании первейших стадий своего существования полагает, что в центре внимания — чужой, внешний объект познания. Постепенно, поднимаясь по спирали рефлексии, гносеологический разрыв ликвидируется, и единство субъекта-объекта восстанавливается уже в осмысленном виде. В истинной действительности — Абсолютный дух един в себе, и представляет собой целостную тотальность. В иных терминах данную проблему можно представить как тождество мышления и бытия. Но это тождество было восстановлено Гегелем лишь в сфере чистого мышления, восстановить его в отчужденных формах духа (по терминологии Гегеля) предстояло лишь новому учению. Таким учением, ставшим на плечи классической философской традиции материалистического монизма, стал марксизм. Именно материалистический монизм лежит в основе мировоззрения Э.В.Ильенкова. Советский философ понимает этот принцип как фундамент, на котором стоит вся классическая философская мысль Европы (Спиноза, Гегель, Маркс).

Данная константа имеет непосредственное отношение к проблеме идеального. Цель Э.В. Ильенкова состоит в раскрытии идеального как объективной тотальности, выходящей за рамки индивидуального человеческого субъекта. Идеальное – объективно, т.к. в марксизме ликвидируется гносеологическая пропасть между субъектом и объектом познания.

Человеческий разум, выступая в роли субъекта, выражает накопленные знания в виде создания идеальных образов, некоторые из которых могут воплощаться в виде материальных процессов и объектов. Овеществленный образ функционирует в конкретном общественно-историческом пространстве, являясь иногда важнейшим фактором общественного бытия. Эта актуальность идеального может сохраняться даже после исчезновения тех общественных отношений, на основе которых этот идеальный образ возник. Таким образом, идеальное — это не механическое отражение действительности, идеальное —  это диалектическое переосмысление действительности в аспекте выявления наиболее универсальных форм и свойств данного материального объекта.

««Идеальное» – это схема реальной, предметной деятельности человека, согласующаяся с формой вне головы, вне мозга. Да, это именно только схема, а не сама деятельность в ее плоти и крови. Однако именно потому и только потому, что это схема (образ) реальной целесообразной деятельности человека с вещами внешнего мира, она и может быть представлена и рассмотрена как особый, абсолютно независимый от устройства «мозга» и его специфических «состояний» объект, как предмет особой деятельности (духовного труда, мышления), направленной на изменение образа вещи, а не самой вещи, в этом образе предметно представленной. А это единственно и отличает чисто идеальную деятельность от деятельности непосредственно материальной»3.

Э.В. Ильенков опирается на выводы психолога и философа С.Л Рубинштейна: ««Идеальность по преимуществу характеризует идею или образ по мере того, как они, объективируясь в слове, включаясь в систему общественно выработанного знания, являющегося для индивида некоей данной ему “объективной реальностью”, приобретают, таким образом, относительную самостоятельность, как бы вычленяясь из психической деятельности индивида»4.

Отсутствует какая-либо непроходимая граница между идеальным и материальным. Идеальное содержится в материальном именно как человеческий способ использования и существования данной вещи. Идеальное есть специфическая форма, которую приобретает материя под влиянием общественной практики человека. Эвальд Васильевич обращается к анализу стоимости в «Капитале» К.Маркса, приводя этот пример как доказательство той истины, что идеальное – объективно. Оно может существовать за рамками индивидуального человеческого сознания. Что такое деньги? Это универсальная символическая всеобщая стоимость, которая действительна лишь в рамках товарно-денежных отношений. Именно человеческое общество, на определенном этапе своего существования, делает из бумаги или металла всеобщий эквивалент, наделяя его этой идеей и функцией. Вне рамок товарно-денежных отношений, данные вещи не имеет какой-либо большой пользы.

Определенной социально-экономической формации соответствует система идей, которая возникла как причина и следствие процесса овеществления идеального. Культура не возникает post festum, она принимает активное участие в развитии общества. Рождаясь, каждый человек сталкивается с идеальным в виде: «…всеобщие нравственно-моральные нормы, регулирующие бытовую жизнедеятельность людей, а далее и правовые установления, формы государственно-политической организации жизни, ритуально-узаконенные схемы деятельности во всех ее сферах, обязательные для всех правила жизни, жесткие цеховые регламенты и т.д. и т.п., вплоть до грамматически-синтаксических структур речи и языка и логических нормативов рассуждения»5.

Процесс овеществления характерен для человеческой деятельности как таковой, но лишь в классовом обществе овеществление приобретает форму отчуждения непосредственного производителя от продуктов его труда и главное — от себя самого и других людей. Георг Лукач в своей книге «История и классовое сознание» не смог правильно соотнести общую форму овеществления общественного сознания и его конкретно-исторического преломление в буржуазном обществе. В дальнейшем, многие экзистенциалисты довили до закономерного тупика эту ошибочную линию. Согласно их мнению, отчужденность имманентно антропологическому бытию как таковому, социум второчен. Таким образом, личность рассматривается вне контекста общественно-исторических связей, которые ее окружают. Проблема отчуждения трактуется как следствие «вечной человеческой природы».

Э.В. Ильенков в своей статье «Гегель и «отчуждение»» заострял внимание на том, что отчуждение сохраняется в системе, в которой частная собственность формальна обобществлена. Т.е. он имел в виду, прежде всего советское общество. Это действительно был чрезвычайно смелый шаг, направленный против самодовольства советской бюрократии. Рывок в социализм для Э.В.Ильенкова означает ликвидацию разрыва между формальным обобществлением и реальным, практическим. Эвальд Васильевич пишет о том, что формально-юридическое «обобществление» собственности, согласно взглядам К. Маркса и В.Ленина, представляет собой необходимый, но лишь первый шаг на пути к действительному обобществлению материального и духовного богатства, накопленного в классовом обществе.

Главный вопрос состоит в том, как осуществить процесс разоотучждения, в его материальном и духовном аспектах? Если мы ликвидируем лишь основную экономическую причину эксплуатации – частную собственность на средства производства, не затрагивая остальных аспектов угнетения, то в общественном сознании, классовая культура буржуазного общества продолжит свое существование в виде норм поведения, профессиональных навыков, культурных стереотипов, морали и т.д. Советский опыт тому подтверждение. Советскую революцию переварил партийно-государственный аппарат, который был лишь немного помазан эгалитаристским словесным миром, скрывающим его буржуазную сущность. Старые эксплуататорские классы царской России, крупная буржуазия и дворянство стали достоянием истории, но узловые точки буржуазного мышления сохранились. Они сохранились не в чистом виде, они получили противоречивое преломление через попытку создания новой ступени в развитии культуры и науки, и определенного социального слоя как носителя этих знаний. Советская интеллигенция, материально и духовно созданная Советским государством, выступила в 80-е г. основным идеологическим тараном разрушения государства «формального обобществления».

Э.В. Ильенков дает свой ответ на эту труднейшую задачу: «Действительное «обобществление» производительных сил в этом смысле может совершиться только через присвоение каждым индивидом тех знаний, которые «опредмечены» (и в социальном плане – обособлены, «отчуждены» от него) в виде науки и в виде особого аппарата управления.

В этом плане задача полного снятия «отчуждения» совпадает с задачей создания таких условий непосредственного труда и образования, внутри которых каждый индивидуум – а не только некоторые – достигал бы подлинно современных высот духовно-теоретической, технической и нравственной культуры. Ибо только в этом случае он становится подлинным, а не формальным хозяином всего созданного в рамках «отчуждения» мира культуры»6. Т.е. в сущности Э.В.Ильенков говорит о том, что после взятия власти, революция, как радикально-классовое творчество угнетенных не заканчивается, а приобретает иные формы и задачи. Это значит, что по мере временного удаления от момента политического переворота, цели, стоящие перед новым обществом не упрощаются, а напротив —  качественно усложняются. Теперь же общество должно до каждого самого отсталого пролетария донести тотальное освобождение, превратив социальное творчество в обыденный факт его жизни. Советский опыт однозначно учит тому, что в процессе созидания новой общественно-экономической формации, социум должен постоянно находиться в режиме военного марша, не допуская распространения духа потребительства и внутреннего разложения. Социализм – это коллективный подвиг общества, находящегося в состоянии постоянного развития.

Это безусловно очень интересное явление: каким образом продолжает существовать элементы исторической культуры, после уничтожения того общества, идеальным обобщением которого оно было ? После уничтожения античной цивилизации варварские Королевства Европы постепенно (отчасти через Восток, который сохранил многие элементы античной культуры) осваивали достижения античности, перерабатывая и приспосабливая их для своей общественно-экономической тотальности. Аристотель никогда не смог бы представить, что его поднимет на щит средневековая схоластика. Но это уже другой Аристотель, Аристотель — средневековья. История учит тому, что идеальной образ продолжает существовать после прекращения бытия своего материального воплощения, при этом являясь объектом качественно иных духовных и материальных процессов.

Из истории России ярким подтверждением бытия и силы идеального есть судьба фигуры И.В.Сталина и всего Советского исторического наследия. Образ И.В.Сталина в общественном сознания России есть поистине чуть ли не самостоятельный субъект, имеющий собственное бытие. В одной ипостаси, он — концентрация государственной тирании, в другой  —  гениальный управленец, полководец, большевик и т.д. Общество, по-сути, уже не интересует конкретная историческая фигура, важно другое  — это трактовка личности И.В.Сталина и его идейного наследия в разрезе современной политической и идейной борьбы. Буржуазный фетишизм здесь достигает своего апогея. Э.В.Ильенков определял идеализм следующим образом: «Идеализм — не плод недомыслия, а законный и естественный плод того мира, где «вещи обретают человеческие свойства, а люди опускаются до уровня вещественной силы», где вещи наделяются «духом», а человеческие существа этого «духа» начисто лишаются». 7

В левом движение произошла фетишизация не только образа Сталина, но и всего революционного и советского исторического наследия. Диктат ложной истории – это метафизическое и слепое использование старого идеального, без понимания той общественно-экономической среды, в которой эта культура возникла, и получило свое развитие. Сегодня, нами не учитывается важность борьбы за революционную идеальность, она изгоняется из анализа, остается лишь абсолютизированная формальная оболочка общественного процесса. Ж.П.Сартр, проанализировав феодальную культуру, отмечал господство исторического предания над новым культурными направлениями. История стала самостоятельным субъектом политики, а вернее сказать не история, а классовая политика господствующих классов, опирающихся на силу ветхих традиций и религии.

«Активным элементом современной истории было прошлое, которое, по сути, есть унижение Вечного до Уровня исторического явления. Реальность есть постоянный грех, он может получить прощение только если не очень плохо отражает образ минувшей эпохи. Любая идея, чтобы быть принятой, должна доказать свою древность».8

Для того чтобы борьба угнетенных за свое освобождение могла успешно развиваться, революционному классу необходимо начать сложный и долгий процесс освобождения от диктата ложной истории. Это освобождение означает уничтожение мистифицированного, метафизического сознания. Проще говоря, критерием истинности должна быть победа угнетенных над угнетателями в сегодняшнем дне, а не соответствие политическим схемам того или иного исторического периода. Истина марксизма в материалистической диалектике, позволяющей отыскивать в настоящем —  взрывные элементы для его революционного преобразования. Для подлинного революционера безразличны богемные разговоры об умирающей буржуазной культуре в самых элитарных формах ее проявления, его задача – это борьба за политическую власть и за реализацию в действительность программы социальной революции.

«…если идеальный образ усвоен индивидом лишь формально, как жесткая схема и порядок операций, без понимания его происхождения и связи с реальной (не идеализованной) действительностью, индивид оказывается неспособным относиться к такому образу критически, т. е. как к особому, отличному от себя предмету. И тогда он как бы сливается с ним, не может поставить его перед собой как предмет, сопоставимый с действительностью, и изменить его в согласии с нею. В данном случае, собственно говоря, не индивид действует с идеальным образом, а, скорее, догматизированный образ действует в индивиде и посредством его. Здесь не идеальный образ оказывается деятельной функцией индивида, а, наоборот, индивид — функцией образа, господствующего над его сознанием и волей как извне заданная формальная схема, как отчужденный образ, как фетиш, как система непререкаемых правил, неизвестно откуда взятых. Такому сознанию как раз и соответствует идеалистическое понимание природы идеального»9.

Господство в умах социалистов идолов и духов прошлого в образах гениальных вождей, общественных систем, революций – есть самый крайний идеализм. Фетишизируется идеальная форма, при отсутствии понимания общественно-практической плоскости идеального. Л.Фейербах указывал на зависимость между аксиоматической содержательностью абстракции бога, и реальной человеческой нравственностью и практикой. Проще говоря, чем богаче абстракция бог самыми высокими нравственными качествами, тем ничтожнее настоящий человек. Создавая гениального божка, человек своеобразно возмещает свою собственную ничтожность и ограниченность. Не рассматривая классового аспекта этой проблемы, Л. Фейербах точно ухватил ее психологию. Человек передает абстракции-фетишу ответственность за свое прошлое, настоящее и будущее. ХХ век заменил теологическую абстракцию иными. «За вас думает фюрер, ваше дело лишь выполнять приказ» — квинтэссенция идеологии Третьего рейха. В СССР роль коллективного мыслителя выполняла партия, и примыкающая к ней научная интеллигенция. Люди из политики уходили в культуру, технику или обывательщину. Такая установка была крайне антиэгалитаристкой, и привела к тому, что большинство народа, не имеющего четкого политического мировоззрения в 90-е г. купилось на капитализм, несмотря на всю проведенную научную критику этого строя в советские годы. Профессиональные идеологи ловко сменили арсенал терминов и идеологем на противоположные. Объяснение этой ловкости состоит в том, что советский диамат не был живым марксизмом, а являлся формой позитивизма, рассматривающий мир в призме «мировой схематики». Ложное деление марксистского учения на диамат и истмат подрывало его диалектическую цельность, предложив всеобщие законы развития мира вообще, без понимания их генетической привязанности именно к человеческой истории. Таким образом, диалектический материализм после природы во вторую очередь накладывался на изучение социума, что неизбежно приводило к редукционизму. Диалектика – это, прежде всего Логика и гносеология, т.е. метод человеческого мышления и познания. И диалектика Гегеля, Маркса была именное логикой развития человеческого мышления, которая преломляла в себя эмпирию. Это не означает, что в природе отсутствует диалектика, но диалектика в природе имеет иную форму, она лишена субъектности, и поэтому не может механически накладываться на изучение высшей формы движения материи – социальной.

Э.В.Ильенков в своем труде «Об идолах и идеалах» осуществляет анализ эволюции идеального на разных этапах истории человечества. Главное противоречие этого пути состоит в несоответствии идеального образа и действительности классового общества. Его наличие обусловлено актом отчуждения частного человека от коллективного опыта всего общества, превращение людей в узкоспециализированные машины. Частичный человек вследствие разделения труда, выступает носителем лишь осколка всей системы человеческой культуры. Это обуславливает необходимость деятельности политических посредников, которые бы связывали частичных (осколочных) людей друг с другом. Посредники – это и есть т.н. профессиональные политики, которые аккумулирует в своих действиях классовый интерес, выставляя его как всеобщий. «Они – это скрепы социума, без этих скреп он рухнет» — ключевая идеологическая константа буржуазии. Пролетариату важно осознать, что можно и нужно жить без опосредующего классового звена в форме государства и всех его институтов. Для пролетариата возможно преодоления позорного существования в качестве абстрактной рабочей силы. Освобождение несет только преодоление жесткого и глубоко разделения труда, в процессе которого частичный человек превратиться в универсально-развитую личность. Религия придает идеалу трансцендентный характер, делая его, в сущности — недостижимым идолом. В чем разница между идолом и идеалом? Разница в типе отношений между общественным сознанием и его нравственными ориентирами. Религиозное сознание пассивно ожидает прихода Мессии, и поэтому в ней отсутствует порыв к преобразованию общественного бытия. Научно-революционное сознание видит в отражении действительности лишь половину процесса познания, акцентируя большее влияние на качественном преломлении действительности.

Все вышеописанное дает очень много материала для размышлений, и прежде всего, наталкивает на вывод: философское, политическое мышление не есть привилегия или дар, а есть важнейшая, субстанциональная необходимость для каждого разумного человека.

Таким образом, мы видим, что разные этапы в развитии человеческой культуры не сменяют друг друга как бегуны на эстафете, культурные пласты, накладываясь друг на друга, рождают новый феномен, зачастую одетый в старо-каноническую форму. Социалистическая революция должная разрушить буржуазное общество во всех аспектах его существования, начиная с экономики и политики и заканчивая интеллектуальной культурой. В своей книге «Об идолах и идеалах» Э.В. Ильенков дал развернутое определение коммунистического идеала и его отличительных черт.

Выделение идеального в качестве объекта самостоятельного анализа крайне важно, т.к. позволяет сконцентрировать сознательные усилия на изменении того специфического аспекта существования и господства капитализма, которая называется тотальностью буржуазной культуры. Буржуазия, после своей экономической смерти протаскивает троянского коня в государство формального обобществления. Троянский конь – это буржуазный тип культуры и мировоззрения, тысяча полусознательных, автоматических привычек и условностей. В разломе политической революции действует молекулярная контрреволюция. Идет борьба за просачивание буржуазной идеологии в культурное ядро нового общества.

Для того чтобы сломать старый мир —  крайне важно создать новый тип идеального, на базе новых общественно-экономических отношений. Не получится руководствуясь лишь субъективистским желанием заимствовать лишь прогрессивнее элементы капиталистической формации, при этом отбросив негативные и реакционные. Буржуазная культура, несмотря на свою пестроту и разнообразие форм, представляет собой конкретную целостность. Начальный период построения бесклассового общества  —  это один из ключевых периодов в социалистической цивилизационной парадигме. Поколение, которое выросли в условиях капитализма и больно им, пытается осуществить радикальный разрыв с ним, приступив к созиданию нового общественного бытия. В этом стремлении оно неизбежно переносит часть предрассудков в постреволюционное культурное пространство.

Б.Кагарлицкий очень верно заметил: « Для того, чтобы победила революция в обществе, левое движение должно совершить революцию прежде всего внутри самого себя». Еще ранее полвека назад выдающийся левый философ Жан Поль Сартр призывал «преодолеть угнетение, как нас, так и в нас самих».10

Идеальное и материальное имеет между собой условную и подвижную границу, пронизывающее влияние рудиментов классовой духовности будет оформляться в новые привычки и условности, переплетаясь с новыми общественными институтами.

Вот почему, все попытки выходцев из КПРФ из КПСС построить сильную левую организацию, стоящую на принципиально классовых позициях и ставящую перед собой в стратегической перспективе – социалистическую революцию в России, обречены на крах. Сколько вы не меняйте буквы в слове КПРФ, у вас в итоге получится один и тоже результат – КПРФ. Это объясняется тем, что строители этих организаций – люди носители буржуазной идеальности.

Для того чтобы осуществить революцию, мы ее должны сначала «придумать». Что значит создать целую культуру марксистского мышления, которая будет способна выработать цель и самую кратчайшую дорогу на пути к ней.

Процесс разотчуждения не может происходить лишь в духовном аспекте, академизм для марксизма – это смерть. Без нового материального – нет и нового идеального. Это взаимозависимый процесс. Конкретные шаги по реализацию в жизнь марксистских идеалов пока остаются не найденными. Но, обращаясь к наследию Ильенкова, мы можем определить самое значение понятий идеального и идеал. Идеал – это не абстракция, заслоняющая человека от действительности, это сама действительность, раскрытая в ее наиболее революционных перспективах. Идеал – это историческое понятие, которое неизбежно должно развиваться вместе с обществом. Идеал — это развернутая в перспективе, революционная потенциальность сегодняшнего дня.

Создание нового идеального будет происходить именно в процессе жесточайшей классовой борьбы, что неизбежно создаст железный стержень новой революционной этики. Основной доминантой новой этики, на наш взгляд, станет доминанта самопожертвования. Задача подлинных революционеров состоит именно в том, чтобы раскрыть перед трудящимися те великие цели, за которые наш народ готов будет сражаться и жертвовать всем необходимым. Как и сотню лет назад, единственный путь для этого –личный пример осознанного героизма



1 Ленин В.И. П.С.С. Т.29, С.104.



2 Ильенков Э.В. Материалистическое понимание мышления как предмета логики // Философия и культура М.2010 г.С.367.



3 Ильенков Э.В. Проблема идеального http://caute.ru/ilyenkov/texts/vf/prideala.html



4 Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. Москва, 1957.С. 41.



5 Ильенков Э.В. Проблема идеального http://caute.ru/ilyenkov/texts/vf/prideala.html



6 Ильенков Э.В. Гегель и «отчуждение» http://caute.ru/ilyenkov/texts/phc/hgentfr.html



7 Ильенков Э.В, Диалектика идеальногоhttp://philosophica.ru/ilyenkov/35.htm



8 Сартр Ж.-П. Что такое литература  ?http://17v-euro-lit.niv.ru/17v-euro-lit/articles/sartr-literatura-2.htm



9 Ильенков Э.В. Материалистическое понимание мышления как предмета логики // Философия и культура М. 2010 г. С. 386.



10 Ж.-П. Сартр Что такое литература ? http://17v-euro-lit.niv.ru/17v-euro-lit/articles/sartr-literatura-2.htm