Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Последние комментарии

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

ХАБАРОВСК. 2020 ГОД. ПРОТЕСТ

Хабаровск. 2020 год. Протест

9 июля был задержан по подозрению в совершении уголовного преступления, а 20 июля указом президента РФ отстранён от должности губернатор Хабаровского края Сергей Иванович Фургал. И в городе начались акции протеста в виде «несогласованных» демонстраций.

Об этих событиях много известно, но ничего не понятно. Почему «разборки» в верхах не оставили равнодушными низы? Что за люди участвуют в протестных действиях? Чего они хотят? Кто и как всё это организовал?

В городе нет ничего похожего на «координационный совет оппозиции». Или есть? Многие люди познакомились уже в ходе протеста, создали ли они какие-нибудь группы по требованиям или по социальному признаку? Автор попытался разобраться на месте, для чего посетил такую, ставшую уже традиционной, ежесубботнюю протестную акцию 12 декабря. Вот что удалось узнать:

Кто был инициатором самой первой демонстрации 11 июля, и как это было — уже забыли. Очевидно, какую-то роль сыграли социальные сети. Время, а тем более место, — площадь Им. В.И.Ленина (именно так она называется в Хабаровске), у здания правительства Хабаровского края, самые естественные. Далее пошла «цепная реакция». Были случаи, когда люди присоединялись к движению, увидев шествие.

За это время многие действительно перезнакомились, но движение осталось однородным. Правильнее сказать, оно само по себе стало многочисленной группой, объединённой общими лозунгами. Что это за лозунги такие, которые объединяют сотни и тысячи людей, различных и по социальному положению, и по взглядам? Неужели всем так дорог Сергей Фургал? Всё проще: «за Фургала» перешло в «против Путина». Рассмотрение вопроса, почему в России многим не нравится политика, проводимая в настоящее время правящей верхушкой РФ, явно выходит за рамки данной статьи.

Впрочем, какие-то структуры всё-таки возникли. Так, 12 декабря на акции распространялся вышедший в этот день первый номер газеты «ЯМы вместе», главным редактором которого является Эдуард Сергеевич Балагуров, он же начальник штаба одноимённого движения. Чем занимается эта организация, видно из содержания газеты, являющейся, по сути, крупноформатной прокламацией:

- «Спасибо всем, кто помогает собирать подписи в поддержку Фургала и личные поручительства за него»;

- «… необходимо сформировать сильное зафургаловское лобби из числа политиков и чиновников <…> Сделать это можно с помощью мобилизации депутатов Государственной Думы для проведения парламентского расследования о признаках политического заказа в обвинениях против Фургала. И с помощью создания на всех уровнях парламентских комиссий по протестам, которые будут руководствоваться в своей работе принципами работы Фургала»;

- «Парламентское расследование. Системный механизм по защите граждан от политических репрессий»;

- «Обратимся персонально к каждому депутату ГосДумы и члену Совета Федерации с предложением принять совместное с нами участие в том, чтобы сформировать народный доклад-расследование о признаках политического заказа против Фургала. А потом в зависимости от того, кто окажется выявленным заказчиком, задействуем полномочия привлечённых политиков для отстранения его (заказчика) от должности».

Но что это за «принципы работы Фургала»?

«Человечное отношение к проблемам людей и личная ответственность за результат.

Человечное отношение заключается в том, что он в первую очередь разбирался и решал саму суть проблемы, которая могла возникнуть по причине плохой работы власти. Например, он выходил к протестующим, чтобы узнать и решить причину их протеста. (То есть протесты были и при Фургале! – В.Б.)

Формальные же признаки, бюрократия, типа соблюдения разрешительных норм проведения публичной акции, были для него вторичны и не важны.

И это очень хорошо сочетается с тем, что Фургал не довольствовался формальной отпиской людям. Он действительно старался решить каждую выявленную проблему до конца».

Автору вспомнился августовский разговор с хабаровчанкой, случайной попутчицей в поезде Москва – Петрозаводск. Она хвалила Фургала за то, что он «дал мужикам доступ к рыбе», которым, по её словам, монопольно владели китайцы.

По-разному относятся к происходящему организации, существовавшие ранее. Штаб Навального собирает подписи и личные заявления в Московский городской суд о замене меры пресечения Фургалу на личное поручительство.

Но они были не первыми. Ростислав Буряк, известный как водитель «фургаломобиля» начал это делать раньше. «Фургаломобиль» это автокафе, обклеенное плакатами. Его владельцу не дают работать. Дошло до ареста во Владивостоке, куда он ездил собирать подписи. Поводом послужила «неправильная» форма автомобильного ароматизатора, в которой усмотрели какую-то экстремистскую символику.1

Городские организации КПРФ и ЛКСМ к происходящему остаются безучастными.

Естественно, что ни один губернатор не может занять своё кресло против воли Путина. Фургал исключением не был. Поэтому не все участники протестных акций поддерживают самый популярный лозунг «Я/мы Сергей Фургал» (кстати, он и изначально-то означал несогласие с отменой результатов выборов 2018 года, то есть самое банальное требование соблюдать элементарные принципы буржуазной демократии!). Например, на площади одновременно с основной массой, но не вместе с ней проводит одиночные пикеты мужчина, инженер-строитель, с флагом СССР. Считает себя членом КПСС с 1983 года.

12 декабря численность участников акции составила около двухсот человек, что дало основания официозным журналистам радостно констатировать, что оно было самым малочисленным за всю историю протеста. Возможно, это и правда, погода была весьма морозная. Да и не в цифрах тут дело, но это дано понять явно не всем «акулам пера». Началось всё с «кричалок» на площади: «Свободу!» и «Я/мы Сергей Фургал!» под постоянный полицейский мегафонный аккомпанемент о том, что происходящее является противоправным действием (несанкционированным митингом) с понятными последствиями для её участников. Потом, во время шествия, полиция постоянно требовала очистить проезжую часть. Подчинились этому требованию наполовину: сто человек шли по проезжей части и столько же параллельно им по тротуарам и пешеходным дорожкам. Сигналам светофоров подчинялись все, так что обвинить в дезорганизации дорожного движения их не получится. Потом всё-таки нескольких человек задержали за нарушение ПДД, среди которых был и Эдуард Балагуров.

Участники скандировали: «Я/мы Сергей Фургал!», «Путина в отставку!», «Хабаровск, выходи!», «Банду Путина — под суд!» и даже «Живе Беларусь!»

Прохожие к шествию не присоединялись, отношения к нему никак не выказывали. Очевидно, привыкли. Проезжающие машины часто сигналили демонстрантам. Иногда недовольно, иногда скорее было похоже на одобрение. Вокруг бегало множество «видеорепортёров» со смартфонами, благодаря которым, собственно, все и знают, что протестное движение до сих пор существует.

Вообще участники протестов недовольны тем, как их действия освещают СМИ. Например, краевой телеканал «Губерния», подготовивший было более-менее объективный материал, под давлением снял его с портала (www.gubernia.com/projects/). Своих интернет-ресурсов много, но они не скоординированы.

Что касается половозрастного состава участников акции 12 декабря, то, по впечатлению автора, был явный перекос в сторону пожилых женщин, однако молодёжи было немало.

Летом протестные акции были ежедневными и многочисленными. Сейчас же они проходят по субботам и охватывают во много раз меньше участников, что даёт повод для вывода о «затухании» движения. Но этот вывод явно ошибочен. Ежедневно в 20:00 всё на той же площади Им. В.И.Ленина проходят встречи участников движения, своего рода клуб под открытым небом. Туда приходят те, кто считает нужным, делятся информацией о текущей обстановке, соображениями, планами. То, что было вначале серией акций, стало постоянной структурой. Структурой, не похожей ни на какую существующую в нашей стране сейчас, поэтому непонятной даже для людей, неплохо знакомых с протестами в России. Инициаторов нет, организаторов нет. Арестовывать некого, невозможно так «выхватить» одного или нескольких человек, чтобы обезглавить движение. К партиям – «головастикам», в которых вождей больше, чем «массы», мы привыкли, а вот противоположная ситуация для нас весьма и весьма экзотична.

Можно не сомневаться, что в соответствующей ситуации хабаровчане будут знать не только «естественные» место и время, но и «естественных» людей, группу, к которой можно примыкать, и тогда она станет ядром массового движения.

Кстати, об арестах. Активные участники протеста неоднократно арестовываются, причём правоохранительные органы применяют местное ноу-хау, в простонародье «карусель». Освобождённого тут же вновь задерживают по тому же самому делу. Пытаются взять измором, но у автора этих строк сложилось впечатление, что они это делают «для галочки», чтобы их не обвинили в бездействии.

Московскому читателю может показаться, что всё это ему хорошо знакомо: воскресные «цепочки» у памятника Марксу, проходящие с небольшими перерывами с осени 1991 года и называющиеся так, потому что в самом начале это действительно была «живая цепочка» в защиту Музея и Мавзолея Ленина. Но есть очень важное отличие: хабаровские сборы никто не организует, никто о них не информирует. Люди и так знают, когда и куда приходить. Так что аналогия напрашивается, скорее, с бывшими до «цепочек» «демократическими» (т.е. либеральными) тусовками у редакции «Московских новостей». Но это всё «дела давно минувших дней». Правда, и капитализм это намного переживший свою эпоху динозавр.

Почему это происходит именно в Хабаровске? Можно только предполагать. Во-первых, возможно сыграло роль традиционное для Дальнего Востока недоверие к центральной власти, мол, издалека не видно. К тому же Хабаровский край это «Крым наоборот»: в 2004 году было подписано соглашение с Китаем2, по которому Китаю были переданы территории, вплотную примыкающие к городу. Во-вторых, уличные протесты — вещь для Хабаровска привычная. Но это обычное дело и для Москвы, так почему же в Москве народ массово не выходит? Может, это пока?

Каков же вывод? Вывод такой:

ТАК БЫВАЕТ!

И этот вывод крайне неприятен для господствующего класса.

Бюрократы уверены, что всё в мире делается по приказу или распоряжению: получил — принял меры — отчитался о принятых мерах; в крайнем случае — за деньги. Своими деревянными мозгами они не могут представить, что многообразие проявлений общественной жизни невозможно уместить в пронумерованные параграфы разного рода нормативных документов, что у людей есть собственные головы, собственное представление о своих интересах и целях, поэтому многое в обществе происходит «само», безо всяких «руководящих указаний». Но важные люди в больших кабинетах попросту не видят того, чего нет в указаниях и отчётах, поэтому они слепы и беспомощны. В этом залог исторического поражения господствующих ныне социальных слоёв. Обернётся ли их поражение нашей победой? А почему бы и нет? Чем Хабаровск принципиально отличается от большинства городов мира?

 

 

Василий Берладир

16 декабря 2020 г.

Голосование: 
Vote up!
Vote down!

Points: 0

You voted ‘up’