Вход на сайт

CAPTCHA
Этот вопрос задается для проверки того, не является ли обратная сторона программой-роботом (для предотвращения попыток автоматической регистрации).

Языки

Содержание

Последние комментарии

Счётчики

Рейтинг@Mail.ru

Вы здесь

Почему нельзя построить капитализм в России?

Алексей Сергеев

Почему нельзя построить капитализм в России?

Наша страна уже на протяжении второго десятилетия проводит болезненные экономические реформы, которые направлены на перестройку нашей экономики по образцу стран Западной Европы и США.

Более уместно экономические реформы, проводимые в стране, назвать буржуазными, направленными на построение капитализма (Capitalism). Под ним мы понимаем экономическую систему, в которой производственные решения контролируются теми, кто инвестирует капитал в частный бизнес. При этом акционерные компании контролируются акционерами, а мелкие и неакционерные предприятия — их собственниками.

Нынешнее построение капитализма в России с начало 90-х годов 20 века по настоящее время проходит с серьезными затруднениями, которые проявляются в системном кризисе российской экономики. Чтобы понять причины кризиса при проведении реформ стоит изучить причины, приведшие к краху первой попытки построения капитализма в России со второй трети 19 века до начала 20 века.

Во время первой попытки построения капитализма в России с 1861 по 1917 годов наша страна реформировалась с опозданием от передовых капиталистических стран Европы. Показательно сравнение России и Германии во второй половине прошлого века. Капиталистическая модернизация в обеих странах началась примерно одновременно и развивалась по схожему сценарию. Германия со времен Петра Великого служила своеобразной „моделью“ для российских элит. Не случайно Ленин говорил, о „прусском пути“ развития капитализма в России.

Сравнивая Россию и Германию, можно легко обнаружить, что за полвека обе страны продвинулись вперед. Но при этом темпы модернизации Германии были несравненно выше. В итоге, к 1914 году разрыв между Россией Германией не сократился, а увеличился.

Ссылки современных публицистов на высокие темпы роста экономики России в 1900-1913 года совершенно несостоятельны. Эти темпы было бы невозможно поддержать при имеющихся социально-экономических структурах. Уже к весне 1914 года общество стало вползать в новый социально-экономический кризис. Поражение в войне стало закономерным итогом всей эпохи модернизации.

Успех Германии был предопределен более высоким исходным уровнем развития, причем не только и не столько технологического, сколько социального. Показательно, что уже Макс Вебер во время русской революции 1905 года предрекал срыв модернизации в России, подчеркивая, что невозможно добиться успеха, применяя западные методы в иной социально-исторической реальности.

Срыв либеральной модернизации в России стал интеллектуально очевидным фактом не в 1917 и даже не в 1905 году, а уже в 1880-е годы. Именно тогда происходит первый перелом в общественном сознании, когда западничество в качестве доминирующей модернистской идеологии все более вытесняется социализмом. Социализм воспринимался как более радикальная (и не обязательно альтернативная) концепция, дающая теоретическую и моральную опору для социального экспериментирования.

Социалистические и рабочие газеты во многих странах пропагандировали идеи Маркса, выводы из анализа экономических законов движения буржуазного общества, его коренных противоречий и путей перехода от капитализма к новой общественной формации. Из русских наиболее известных революционных деятелей М.А. Бакунин и А.И. Герцен были не расположены, принять кардинальные выводы „Капитала“ — первый из-за своего анархизма, второй — в силу упования на путь справедливого, народного социализма для России, через крестьянскую общину, минуя капитализм как историческую фазу „буржуазной оспы“, при пессимистическом отрицании „социалистического переворота“. „Человек будущего в России — это мужик, точно так же, как во Франции работник.

В период расчистки путей для утверждения классового господства буржуазии в странах Европы был осуществлен целый ряд серьезных исследований. Среди тех, кто со своих позиций также внес вклад в данный анализ, были и наши соотечественники, наряду с А.И. Герценом, М.А. Бакуниным, это были П.А. Кропоткин, Н.Г. Чернышевский, В.С. Соловьев и т.д. Типичным в их высказываниях было желание обосновать для России возможность безбуржуазного пути, противопоставление западнической позиции демократического самобытного пути для России в рамках формулы „Православие, самодержавие, народность“.

Причем речь у них шла и о недопущении социальных и политических отношений, которые на Западе, как отмечал И.В. Киреевский, „задавил человека“, „породил корысть, эгоизм и погоню за комфортом одних в ущерб другим“.

Н.А. Бердяев данной им с философско-гуманистических позиций, на этой стадии резко обнаружилась „неправда капиталистического строя“, его социальный антагонизм, „неприкрытое превращение труда в товар“, „буржуазное обездушивание людей“. Вся эта „неправда,- констатировал он,- „:находит справедливую кару в коммунизме“. Бердяев этими словами выражал надежду на зерно социальной истины, которая содержится в марксизме, а также обнаруживалась в рациональных сторонах социалистических преобразований в СССР. При этом следует отметить, что Бердяев следовал в этом традиции российского свободомыслия, которое еще в 19 веке начала разочаровываться в реалиях буржуазной цивилизации конца века, когда она стала терять свой первоначальный ореол. Он, как и ряд других, столь же крупных либеральных русских философов, как К.Н. Леонтьев, С.Н. Булгаков, Г.П. Федоров, В.Ф. Эрн, П.Н. Новгородцев был крайне категоричен против попрания самодовлеющих ценностей свободы, социальной добродетельности, которые имели отклик у народа.

В итоге можно констатировать, что капитализм европейского образца с культом денег и погоней за комфортом одних людей в ущерб других, не нашел одобрения в российском обществе и был отвергнуть и уничтожен как враждебное новообразование.

Теперь давайте разберемся о том, как происходит построение капитализма в современной России. В.Б. Белоцерковский в своей книге „Синтез капитализма и социализма“ достаточно подробно рассмотрел вопрос развития капитализма в нашей стране и пришел к выводу о невозможности развития России по капиталистическому пути. Он ставит вопрос о совместимости России с капитализмом и дает на него ответ „Чтобы ответить на этот вопрос, надо сделать самую простую вещь: посмотреть, чем отличается Россия от бывших соцстран Восточной и Центральной Европы, которые по капиталистическому пути : идут, и капитализм у них получается в целом цивилизованный, „нормальный“.

Так вот, если посмотреть и сравнить, то сразу увидишь, что в России, во-первых, была создана гигантская тяжелая промышленность, которая и близко не было у наших бывших сателлитов. Как ее можно было приватизировать? Соизмеримых частных капиталов не существовало. Но существовала — и это второе важнейшее отличие — неизмеримо более „развитая“ номенклатура, и по численности, и по аморальности, и по укорененности в жизни в силу отечественного происхождения „коммунистического“ режима и более длительного его стажа.

В большинстве стран-сателлитов население смотрело на номенклатуру как на коллаборантов, и при низвержении там коммунистических режимов верхние слои номенклатуры были отстранены от власти в самом начале преобразований, что, конечно, положительно сказалось на развитии этих стран. Там фактически произошли антиноменклатурные революции, чего в России, увы, сделано не было.

К концу перестройки российская номенклатура сообразила, что капитализация страны будет для нее спасением: поможет сохранить власть, да еще и завладеть собственностью! Пожертвовав КПСС, номенклатура не допускает передачи предприятий в собственность трудовых коллективов (второй возможный путь приватизации) и проводит (руками Е. Гайдара) либерализацию цен, ликвидацию сбережений населения, т.е. проводя своеобразное раскулачивание. Цель: нажиться за счет роста цен и не иметь конкуренции со стороны населения при скупке акций. Затем (руками А. Чубайса) выпускает ваучеры и акции на госпредприятия, и тут же скупает их, используя для этого государственные средства и занижая стоимость приватизируемых объектов.

Такое криминальное, по существу, присвоение собственности не могло проходить иначе, как в режиме круговой поруки, когда руководящие чиновники министерств и главков и директора предприятий коллективно завладели акциями подконтрольных им предприятий и учреждений. В результате происходила фактически не приватизация, а номенклатурная коллективизация предприятий, которая в свою очередь привела к криминализации госаппарата и экономики, к засилью монополий и подавлению конкуренции. Монополии через номенклатуру тесно сплетаются с государственной властью и становятся непоколебимыми. При этом номенклатуру интересуют главным образом добывающие отрасли, дающие наибольший валютный доход на внешнем рынке. Обрабатывающая промышленность бросается ею (и государством) на произвол судьбы. Оставляет без льгот, без инвестиций и защиты от западного импорта, обрекает на деградацию. Возникает гиперинфляция, подавить которую в условиях крупного падения производства можно лишь с помощью неоплаты государственных заказов и невыплаты зарплаты и пенсий. Внутренний рынок в результате всего этого скукоживается, наверное, более чем вдвое — пропорционально доле закрывающихся предприятий и невыплачиваемых зарплат и пенсий. Российский капитализм, таким образом, приобретает антикапиталистический характер. Синтезируются худшие качества социализма и капитализма: всевластие чиновничества, отсутствие конкретного хозяина у предприятий, здоровой конкуренции и свободного рынка — это от социализма, а от капитализма — необузданная погоня за деньгами любыми средствами, жестокая эксплуатация людей и ресурсов.

Интересно, что радикальное отличие от стран Восточной Европы и тем более от Запада понял один из главных российских реформаторов американский экономист Джефри Сакс. „Попытка найти конкретных хозяев для приватизации крупных и средних предприятий в России потерпели крах, — пишет он и делает далее поразительное признание. — Когда мы приступили (к реформам в России), мы чувствовали себя врачами, которых пригласили к постели больного. Но когда положили больного на операционный стол и вскрыли его, мы вдруг обнаружили, что у него совершенно иное анатомическое устройство и внутренние органы, которых мы в нашем медицинском институте не проходили.

Наряду с „грубыми“, социально-экономическими особенностями России, препятствующими становлению капитализма, не менее важны и „тонкие“, историко-психологические особенности.

Только примитивное мышление людей способно не обратить внимание на то обстоятельство, что короткое развитие капитализма в царской России (в течение 50 лет) вызвало две революции — 1905 и 1917 (Октябрьскую) годов — и было сокрушено. Капитализм до этого развивался во многих странах, но нигде не встретил подобного неприятия. Очевидно, в социальной психологии россиян уже тогда существовала глубинная несовместимость с капитализмом.

Что же до сравнения капитализма в нашей стране с ранней стадией капитализма на Западе, то тут надо, прежде всего, иметь в виду, что на Западе становление капитализма: шло постепенно в течение столетий и, как правило, снизу, из третьего сословия, с малых торговых капиталов, в условиях конкуренции (монополии стали возникать много позже), и у предприятий с самого начала были конкретные хозяева, жизненно заинтересованные в их преуспевании. Кроме того, развитие шло в условиях многопартийности и относительно крепкой, чаще всего протестантской морали. В результате и складывался настоящий капитализм, внедрялись рыночные навыки, психология, традиции. И еще различие: не висел над развивавшимся капитализмом сокрушающий конкурентный гнет ранее создавшихся капиталистических стран.

У нас же становление капитализма идет сверху, с коллективов номенклатурных чиновников-„феодалов“, с создания госкапиталистических монополий, ведется форсированным, революционными темпами. И получается то, что получается: мутант, кентавр, или „грабительский капитализм“, по определению того же Сороса. Шансы на доброкачественную трансформацию такого капитализма близки к нулю.

Кроме того, не надо забывать, что везде на „диких стадиях“ развития капитализма шел бурный рост промышленности, науки, техники, образования, а у нас идет бурное их разрушение.

Или взять проблему мафиозности нашего капитализма. Можно ли ее изжить? На Западе мафия складывалась на периферии экономики (в нелегальной торговле спиртным, при освоении золотых приисков Аляски, в нищей Сицилии и т.д.). В то время как в России капитализм уже родился мафиозным с головы до ног, в центре и на периферии, так как создавался через противоправное присвоение номенклатурой государственной собственности, созданной обществом и природой. И если на Западе до сих пор не могут уничтожить мафию, то на что нам надеяться?! На Западе государственная власть борется с мафией, опираясь на развитые, сильные демократические институты и на поддержку легального капитала, для которого мафиозный капитал — лишний конкурент, а у нас кто будет бороться с мафией? Коррумпированная власть и мафиозный легальный капитал?

Надеются иные и на то, что т.н. национальный капитал начнет когда-нибудь восстанавливать и развивать национальную промышленность. „Национальным“ называют в лучшем случае капитал добывающей промышленности. Но и он мафиозен: живет за счет распродажи национальных ресурсов и потому тесно связан с капиталом компрадорским. Этот капитал не желает выделить достаточно средств от своих немалых прибылей, чтобы добычу ресурсов поддерживать хотя бы на „советском“ уровне. Как же можно предполагать, что он будет идти в почти разрушенную обрабатывающую индустрию, с разбегающимся и вымирающим персоналом, да еще находящуюся под колоссальным гнетом западного импорта? И на какие прибыли он, „национальный“ капитал, может при этом рассчитывать?

Чтобы закрыть тему несовместимости России с капитализмом, выйдем за российские пределы и посмотрим, возможно, ли вообще сейчас в мире создание новых развитых капиталистических стран?

Капитализм, повторим, должен развиваться постепенно, поэтапно, с созданием небольших капиталистических предприятий и учреждений. Но подобное развитие сегодня, видимо, становится уже невозможным нигде ввиду наличия в мире мощных капиталистических стран, с их подавляющей конкуренцией и с их безоглядным стремлением превращать „развивающиеся“ страны в свои сырьевые придатки или резервуары дешевого труда. Кроме того, „развивающиеся“ страны лишены возможности иметь колонии, без которых также невозможно было бы создание сообщества развитых капиталистических стран Запада.

В заключение отметим, что сокрушительный финансовый кризис, имевший недавно место в „догоняющих“ странах третьего мира, является еще одним доказательством невозможности появления новых развитых капиталистических стран. „Догоняющая модернизация“, как признают сейчас почти все экономисты мира, потерпела крах.

В конце статьи можно констатировать, что капитализм, построенный в современной России, приобрел самые уродливые и грубые формы. Он не в состоянии эффективно конкурировать со своими аналогами в развитых странах Европы и США. Удел нашего „рыночного“ сырьевого государства — обеспечение западных соседей необходимыми им для динамичного развития ресурсами как-то нефть, газ, цветные металлы и т.д. До тех пор пока наше руководство в состоянии поставлять за границу ресурсы и получать за них денежные средства, капитализм в нашей стране не пошатнуть. У него есть необходимые внутренние резервы для сдерживания кризисных явлений в стране. Однако как только этот поток денег иссякнет вследствие истощения запасов сырья в стране или резким падением цен на мировом рынке, мы сразу увидим всю несостоятельность и убожество нашей властной элиты. Оно будет не в состоянии что-либо реальное предпринять для спасения нашей экономики.

И именно тогда наш народ станет перед выбором или идти по современному капиталистическому пути, который уже раз был отвергнуть нашими предками, или пойти по новому народному пути. По такому пути, при котором каждый отдельный рабочий сможет реально влиять на проводимые в стране процессы. Такой новый строй можно будет назвать „рыночным социализмом“ и который является неизбежным будущим для нашей страны.

Источник: http://www.aglob.ru/analysis/?id=1820

Комментарии

Статья «Почему нельзя построить капитализм в России?» интересная в попытке провести анализ современного состояния идеологии России.

Про «догоняющую модернизацию» интересно было бы подробнее узнать.

Надо отметить , что анализ основных движущих сил развития России у автора дан слишком упрощенно : капитализм или социализм. Это приводит к существенным противоречиям — с одной стороны: «Почему нельзя построить капитализм в России?» , с другой — «… можно констатировать, что капитализм, построенный в современной России, приобрел …». Так капитализм у нас или нет?

Может показаться, что у нас капитализм, ведь мы были в социализме, а теперь сделали шаг назад. Но , если подходить с экономической точки зрения, то видно что главную экономическую роль в создании ВВП государства играют феодалы (владельцы ресурсов земли) — 75%, затем идут капиталисты — 25 %, за тем трудящиеся — 5%. (данные за 2002 год http://www.zadonsk.ru/library/lwow.htm ).

С учетом этого и других данных можно рассчитать показатель идеологии И каждого класса общества — класса феодалов, класса капиталистов и совокупного класса трудящихся — они соотвественно равны:

Иф = 7 (идеологическое превосходство), Ик = 1 ( идеологического влияния нет), И тр = 1/14 ( идеологическое подавление).

Знание этого показателя дает основание уже сейчас бороться трудящимся за свои права, так как наличие идеологического превосходства нарушает Конституционные права граждан - п.13.

Вывод. Статья интересная, хотелось бы узнать о «рыночном социализме» автора.

С уважением Шаг in     2007-06-04